Тот, приложившись о броню спиной, начал сползать, с ужасом поглядывая на несостоявшуюся жертву. Как быстро и непонятно все поменялось, и как приятен такой момент для того, кто только что бессильно прощался с жизнью.
Глядя в обезумевшие глаза бывшего командира, Карат прошипел:
– Тебе не надо было говорить про нее такое. Никому нельзя, и тебе тоже. Не хочешь сказать напоследок что-нибудь про мою мать? Нет? Вот и правильно, почаще так помалкивай.
Дешевые слова для такой ситуации, но Карата колотило от бешенства, сами собой вырывались, тут не до красноречия.
С трудом удержавшись, чтобы не плюнуть в умирающего, Карат занялся остальными. Обшарил карманы, собрав все, что походило на рации и телефоны, прихватил несколько гранат и пару пистолетов. Забравшись в «бардак», прикладом разбил рацию.
Потом, подумав, забросил в бронемашину одну за другой три гранаты. Ручные, но что-то там от них загорелось, вроде бы те самые коробки. Нельзя забивать боевую технику ненужным барахлом.
Вернулся к стоявшей в ступоре Диане, потянул ее к черной машине.
Девочка двигалась безвольной куклой, а кот в ее рюкзаке так и продолжал орать, недоумевая из-за того, что никто не торопится его выпускать.
Не до него сейчас.
Поднял легкую девочку, опустил на пассажирское сиденье, пристегнул. Сел за руль, завел машину. Спасибо беспечному водителю, ключи не забрал, не пришлось выискивать по карманам.
Вот теперь можно наведаться в гости к Карбиду.
Глава 27
Диана вышла из состояния оцепенения минут через пять, и первое, что при этом сделала, – завизжала так, что Карат едва не оглох на правое ухо, а забытый всеми кот, только-только выбравшийся из рюкзака, прыгнул в него обратно в надежде укрыться в укромном месте от неожиданной вспышки эмоций.
Вроде мелкая девочка, но по голосу так не скажешь. Может, ей стоит вокалом заняться? Задатки недурственные.
Вволю навизжавшись, Диана, всхлипывая, чуть ли не крича затараторила:
– Что это было?! Что?! Как это получилось?!
– Спокойно, малыш, все нормально, – как можно мягче ответил Карат.
– Нет! Это ненормально! Это совсем ненормально! Почему они так себя вели?! Ты их бил, а они улыбались! Так не бывает! Я это сделала! Я! Но так не бывает! Не бывает!
– Бывает. Еще как бывает. Я лучше знаю.
– Но…
– Никаких «но». Просто у тебя прорезался дар Улья, только и всего. Рановато, конечно, и сам собой, без помощи, но в стрессовых ситуациях такое случается нередко.
– Дар?
– Ты видела, как я исчезаю и появляюсь? Это мой дар. А у тебя свой.
