Человек с лицом убийцы

Рассказывала, как ей живется с приемными родителями и вообще о разных своих делах и успехах в школе и в рисовании. Девочка великолепно рисует!

– Да, я видел некоторые ее рисунки, – отозвался Лев Иванович. – Инна Витальевна, мне бы очень хотелось почитать в вашем чате сообщения Антонины. Это можно как-то устроить?

– Вообще-то да. Я не удаляла историю переписки. Наверное, технически это как-то возможно, но я сама не сильна в новых технологиях.

– Ничего страшного, – успокоил ее Лев Иванович. – Мы пришлем вам нашего специалиста, и он сделает все, что нужно.

Скажите только, когда и куда ему подъехать.

– Я сегодня и завтра выходная. Так что можно и, наверное, даже лучше, если он приедет ко мне домой.

Она назвала адрес, и Гуров записал его в блокнот.

– Скажите, а Антонина никогда вам не жаловалась на своих приемных родителей? Может, рассказывала о каких-то трениях с ними или ссорах?

– Вы на что намекаете? – с подозрением посмотрела на сыщика Инна. – Думаете, что это Тоня убила своих родителей? Но ведь в сообщении она четко написала – что некто убил их.

Ведь я правильно поняла – Шишковские убиты, а Тоня пропала? Наверное, тот, кто убил их, похитил и Тоню. А может… Может, он и ее убил? – Она с испугом посмотрела на Гурова.

– Я ни на что не намекаю, – привычный к таким обвинениям со стороны свидетелей, спокойно ответил Лев Иванович. – Мне нужно выяснить все обстоятельства дела, поэтому я и задаю естественные в этом контексте вопросы. Так что? Были у Антонины проблемы с родителями?

– Нет, – не очень уверенно ответила Инна.

 – Во всяком случае, Тоня ни о чем таком мне не рассказывала. Но ведь я вам говорила уже, что она никогда ни на кого не жаловалась, даже если ее и обижали.

– Ну да, ну да. Она предпочитала сама решать такие вопросы, – покивал Лев Иванович.

– Вы не правы. Тоня не способна на убийство! – воскликнула она. – Вы ведь ее совсем не знаете!

– На убийство она, может, и не способна, а на месть? – жестко посмотрел в глаза воспитательницы Лев Иванович.

 – Вы ведь сами рассказывали, как она угрожала ножом обидчицам. Она могла найти кого-то, кто помог ей отомстить за обиду, если предположить, что таковая обида была нанесена ей приемными родителями.

Инна не ответила и сидела, опустив голову и не глядя на Гурова. Губы ее были упрямо сжаты, словно она не верила в то, что говорил ей этот оперативник, и считала все его слова полной чушью.

– Ну, хорошо, – уже мягче произнес Лев Иванович.