Человек с лицом убийцы

Потом, налив напиток себе в чашку и добавив в него сливки из холодильника, она присела за стол. Гуров подождал, когда она сделает глоток, а потом попросил:

– Расскажите мне подробно об отношениях Тони с родителями.

– А что рассказывать? – тихо ответила Астапова. – Нормальные были отношения. Ровные. Практически без ссор, а уж тем более – без скандалов. Антонина, как я и говорила, ко всем относилась спокойно и вежливо.

– Вы сказали, что ссор практически не было, что наводит на мысль, что хотя бы изредка, но они были, – заметил Гуров.

– Куда без этого, – пожала плечами домработница. – Даже с родными детьми всегда случаются непонятки и причины для ссор, а уж с приемными, у которых и генетика-то к тому же не очень хорошая, – тем более.

– Но вы ведь в курсе, по какой причине бывали ссоры?

– По разным причинам. В первый раз Тоня обиделась на Ирину Николаевну из-за того, что та не позволила ей завести в доме собаку. Это было в первые полгода, когда Антонина только появилась в доме. Девочка принесла с улицы собаку, грязную, лохматую, блохастую и наверняка больную.

Никого в этот момент не было дома. Я уехала на рынок, а Шишковские были на работе. Принесла и стала ее мыть в общей ванной. Состригала ей шерсть, и все это смывалось в канализацию. Естественно, все засорилось, и пришлось вызывать сантехника. Но я не к тому это говорю. Дело в том, что у Валерия Викторовича аллергия на шерсть животных. Поэтому в доме Шишковских никогда не было ни собак, ни котов.

– Поэтому Тоне и не позволили оставить собаку, – понимающе кивнул Гуров.

– Да. Но до девочки это не сразу дошло. Она устроила демонстративное молчание и целых три дня не желала общаться ни с Ириной, ни с Валерием. Но потом попросила у них прощения, и все наладилось. Ирина Николаевна очень переживала тогда эту ссору.

– А каковы были другие причины ссор?

– Разные. Например, Антонине не позволили брать альбомы с фотографиями, на которых изображен Елизар. Она хотела с них рисовать его портрет, но у нее забрали все альбомы и велели больше не трогать.

– Не знаю. Мы с Ириной Николаевной никогда на эту тему не разговаривали. Но я так думаю, что Шишковским не хотелось ворошить прошлое.

Она немного помолчала, отпивая маленькими глотками кофе, а потом добавила:

– Все фотографии Елизара Шишковские потом увезли в свой загородный дом. Осталась только та, что у меня в комнате. Но в мою комнату Антонина никогда не заходила. Во всяком случае, когда я бывала дома.