Человек с топором

К счастью, звезды испускают их немало, а их зрение способно ухватить даже один фотон, преобразовать и получить достаточно информации…

Да и кто сказал, что они должны смотреть друг на друга только в видимом простому человеку спектре? Он не испугается, видя Мрака в гамма-лучах, видывал его же и пострашнее.

Сердце стучало сильно и мощно, он почти взял себя в руки, несся стремительно, все набирая и набирая скорость… и вдруг Вселенная качнулась, звезды взлетели, пронеслись горящими полосами, покачались на новом месте.

Сдвинулись и переместились влево. Луна тоже прыгнула в сторону, потом исчезла вовсе. Вместо нее холодно и немигающе смотрела чернота с мельчайшими точками звезд.

Луна висела почему-то справа, но, едва повернул к ней голову, прыгнула вверх, затряслась и плавно переползла налево. А затем звезды завертелись, закружились, в голове раздался звон. Олег услышал свой крик, вытаращил глаза, с огромным усилием поймал взглядом огромный сверкающий диск Земли, хотел зацепиться, но не успел – снова круговерть звезд.

С третьей отчаянной попытки поймал взглядом, тут же рванулся к ней изо всех сил, закрыл глаза и прокричал уже с зажмуренными глазами:

– Мрак!.. Мрак, я возвращаюсь!.. Опасно!

Он слышал свой сиплый крик – чужой, незнакомый крик. Не человеческий даже, даже не животный, так мог бы в смертельном страхе кричать сгорающий в атмосфере железный метеорит.

Мрак летел на пару сот метров сзади и чуть слева. Он слышал и крик и видел отчаянный поворот, который любому сломал бы шею. Даже при сверхпрочной шкуре внутренности от перегрузки перемешались бы в кашу… если бы оставались прежними внутренностями.

Олег несся с закрытыми глазами. Потом что-то словно щелкнуло в мозгу. Он торопливо открыл глаза. Внизу медленно разрастается огромный шар. Снизу приближалась огромная блистающая планета, голубая с зеленым, покрытая белыми полосами, словно щедро забрызганная молоком и сметаной. Снизу! Где она и должна быть. А он падает на нее сверху. Как и положено. А проклятые звезды застыли, как приклеенные, каждая на своем месте.

А чертова взбесившаяся Луна по-прежнему сияет над головой. И не шарахается из стороны в сторону, не дрожит даже…

Он уже почти пришел в себя, но все же ударился о землю с такой силой, что свет померк. Нахлынула тьма. В этой тьме начали плавать пятна, появился свет, потом вернулся слух, донесся шелест листвы, треск сучьев, встревоженный голос Мрака.

Свет появился сразу, словно в темной комнате включили большую люстру.