Онлайн-библиотека книг
Помнишь, когда-то отвечали только за свое племя? Потом за свой народ? Наконец поняли, что все мы – люди и надо отвечать за все человечество?
Мрак прорычал:
– Так мы и отвечаем за человечество!
– Это было на Земле. А сейчас, когда мы вышли в Большой Космос, мы уже обязаны отвечать за… скажем, большое человечество. Можно даже с прописной буквы. А в Большое Человечество как раз входят все разумные существа, все расы, виды, все-все, наделенное интеллектом в этой Вселенной. Они все – наши!.. И вот сейчас, когда лучшее чувствует угрозу со стороны худшего, а это худшее – мой народ, моя раса, мой вид… Я что же, должен кричать, что хоть сопливенькое, зато свое?.
Мрак ухватил его за плечи. Олег висел в сильных руках, как тряпичная кукла. Мрак тряхнул, заорал бешено:
– Ты что?.. Предаешь? Предаешь, да?
Олег был бледен, измучен, слабый голос прозвучал как из-под земли:
– Мрак… я не предаю…
– Но эта бомба взорвет Солнце!
– Мрак… когда нужно выбирать… Наша раса – преступник по галактическим меркам.
Мрак швырнул его на землю, навис над ним, громадный и страшный. Волосы встали дыбом, лицо стало диким, как у лесного зверя.
– Ты понимаешь, что говоришь?
Олег уронил голову на руки. Мрак услышал прерывистый голос:
– Нет, уже ничего не понимаю.
Мрак встал, навис над ним, как динозавр над кистеперой рыбой. Олег согнулся в три погибели, поглядел в пруд, оттуда на него смотрела оранжевая физиономия, что все равно ухитрилась изменить цвет на смертельно-бледный.
– Посиди, – велел Мрак, – я схожу в дом за бутылкой вина.
– Так я ж сделаю… ох, прости, забываюсь.
– Я вижу, – прорычал Мрак многозначительно.
Он влетел в дом, подхватил большую емкость, пусть будет кувшином, спросил у Игарны, то ли это вино, что пили вчера, она подтвердила, он похвалил, спросил небрежно:
– Кстати, а почему попросту не послать на ту планету корабль-автомат? Начнет рыхлить землю, сносить горы, орошать пустыни, заодно сотрет с лица земли и все население.
Она сказала серьезно:
– Это негуманно.
Мрак не поверил ушам:
– Что?"
"– Негуманно, – повторила она сердито.
