Человек с топором

Чистая от облаков, видимая ярко, ясно, четко. Он увидел, что летят над поваленным ветром огромным стволом старого дерева с потрескавшейся корой, в щели нанесло снега, а они летят над ним как два гордых жука… и напрасно твердил, что вовсе не дерево, а горный хребет, а снега нанесло не в трещинки коры, а в многочисленные ущелья.

Чуть позже он вдруг понял, что летит, как муха, над заиндевевшим окном, там морозные узоры, там вытканы елочки и ажурные паутинки мельчайших ледяных кристаллов… И снова напрасно твердил себе со злостью, что это почему-то земная поверхность так разукрасила себя трещинками, прямо какой-то кубачинец полжизни потратил, нанося все эти черточки, клинышки, такие симметричные, правильные, что на тупую природу и не подумаешь…

Он задержал дыхание.

Они стремительно неслись к странному образованию, как сказал Олег, но Мрак не видел ничего странного в исполинского вида женской груди с ясно выпуклым соском. Грудь – идеальная чаша, белая, как нежнейший снег. Плывет над землей, кокетливо глядя белым кончиком в звездное небо, словно сама планета пытается соблазнить космос. От груди отходят спирально повернутые белые нити, Мрак засмотрелся на них, наконец разглядел, что они поворачиваются против часовой стрелки, и вся грудь тоже поворачивается, наконец сообразил, что это над землей с огромной скоростью несется не то смерч, не то тайфун, он-то и вращается по кругу…

– Так вот почему всем тайфунам дают женские имена! – прокричал он.

– Что? – спросил Олег."

"– Смотри вперед, – посоветовал Мрак.

 – А то на ворону наткнешься.

Все колыхнулось, Мрак ощутил прилив крови к голове. Олег тяжело дышал, по лбу катились крупные капли пота. Он сильно исхудал, кожа на скулах заострилась.

Мрак со страхом смотрел, как они пробили облака, со свистом в ушах понеслись к земле. Сквозь туман проступило зеленое, затем Мрак рассмотрел деревья, дальше появились жилые кварталы, серая ниточка шоссе, а они падали в лес.

Острые вершинки сосен понеслись на них, как оскаленные зубы.

Мрак ощутил чудовищную перегрузку, глаза едва не лопнули, потом в пятки больно ударило. Он не удержался, повалился, его перекатило через голову, он приподнялся, убедился, что Олег жив, раскинул руки рядом, снова упал на спину. Небо колыхнулось и остановилось между вершинками сосен.

– Прости, – услышал он рядом хриплый голос. – Малость не дотянул… Увлекся, дурак!.. Нет, с магией было проще.

– Ну да, – возразил Мрак. – Тоже вечно стонал и жаловался.