Мысли о том, что полицейские, должно быть, отправились на остров накануне вечером. Недоумение по поводу того, что они не взяли ее с собой. Старик, молча поедавший завтрак в том же зале, что и она, с двумя женщинами-полицейскими. За его воротник была заткнута бумажная салфетка, а на пол-лица растянулось ярко-красное родимое пятно. Полицейский катер, пробивавшийся через залив, свежий ветер, обдувавший лицо, и она сама, как заключенная под конвоем, зажатая между сержантом Бакли и женщиной-полицейским в форме.
Кружившая над ними чайка с крепким изогнутым клювом, которая потом устроилась на носу корабля, как резная фигура. И, наконец, картина, на которой уже не было размытых изображений, ибо она воплотила в себе весь ужас предыдущего дня и словно сжимала ее сердце в тисках: одинокий силуэт Эмброуза, который ждал их на пристани. И все эти разрозненные видения перемежались вопросами, бесчисленными повторяющимися вопросами, внимательными лицами, ртами, которые открывались и закрывались словно автоматически.
Потом она могла вспомнить каждое слово из этих разговоров, хотя точно не знала, в каком месте они происходили – в полицейском участке, в отеле, на судне или на острове. Вероятно, они происходили во всех этих местах, и вопросы задавал не один человек. Казалось, она описывает то, что произошло с каким-то другим человеком, которого она очень хорошо знает. Воспоминания ее были удивительно ясными, словно все случилось очень давно, много лет назад, когда Саймон еще был жив.
– Вы уверены, что, когда пришли, люк был открыт?
– Да.
– А сама крышка была прислонена к стене прохода?
– Должно быть, если люк был открыт.
– Если? Но вы сказали, что он был открыт. Вы уверены, что не сами его открыли?
– Абсолютно уверена.
– Как долго вы пробыли в пещере с Саймоном Лессингом, прежде чем услышали, как крышка захлопнулась?
– Не помню. Достаточно долго, чтобы успеть спросить про ключ к наручникам, нырнуть, найти ключ и освободить Саймона. Около восьми минут, наверное.
– Вы уверены, что люк закрыли на засов? Вы вдвоем пытались его поднять?
– Сначала я пыталась одна, потом Саймон стал мне помогать. Но я знала, что это бесполезно. Слышала скрежет засова.
– И поэтому вы не прилагали особых усилий, так как знали, что это бесполезно?
– Я старалась. Я давила на него плечом. Полагаю, в таком случае было бы естественно хотя бы попытаться. Но я знала, что это бесполезно. Я слышала, как задвинули засовы.
