Черная метка

Я узнала спутников Дороти, сидевших с ней за одним столом. Они покачивались и слишком громко смеялись.

– Люси всегда хотела быть похожей на тебя, Кей. Ты хоть имеешь представление, как это неприятно? – воскликнула Дороти. – Я ведь тоже женщина. Почему она не хочет быть похожей на меня?

Неожиданно сестра обняла меня. Она плакала, уткнувшись мне в шею. Я пожалела, что не люблю ее. Но не смогла себя пересилить. Я никогда ее не любила.

– Мне хочется, чтобы Люси обожала и меня! – пьяно воскликнула Дороти, поддавшись собственным чувствам и склонности к драматизму.

 – Хочу, чтобы мной тоже восхищались! И Люси гордилась мной, как гордится тобой! Хочу, чтобы она считала меня умной и сильной, чтобы все поворачивались и смотрели на меня, когда я вхожу в комнату. Хочу, чтобы она говорила обо мне так, как говорит о тебе! Чтобы спрашивала у меня совета и стремилась походить на меня.

Я включила скорость и подъехала к входу гостиницы.

– Дороти, ты самая эгоистичная женщина, которую я знаю.

К тому времени как я добралась домой, было почти девять часов, и я переживала за Дороти, думая, что зря оставила ее в гостинице. Я бы нисколько не удивилась, если бы узнала, что она немедленно вернулась в ресторан через дорогу. Возможно, там остались мужчины, которых она могла бы развлечь.

Я проверила телефонные сообщения, негодуя каждый раз, когда кто-то молча вешал трубку. Таких звонков оказалось семь, при этом номер звонившего не определялся. Репортеры не любили оставлять сообщений, даже в моем офисе, потому что в этом случае я не могла им перезвонить.

Услышала, как у крыльца хлопнула дверца автомобиля, и подумала было, что это Дороти, но когда подошла проверить, увидела отъезжающее такси и Люси, нажимающую кнопку звонка.

У нее с собой были чемоданчик и большая сумка, которые она бросила в прихожей. Люси захлопнула дверь и даже не подошла ко мне. На ее левой щеке расплылся один багровый синяк, несколько синяков поменьше уже пожелтели по краям.

Мне приходилось видеть достаточно травм подобного рода, и я поняла, что ее били.

– Ненавижу ее, – начала Люси, свирепо глядя на меня, словно я была во всем виновата. – Кто ее сюда звал? Ты?

– Ты прекрасно знаешь, что я не сделаю ничего подобного. Заходи. Давай поговорим. Нам нужно многое сказать друг другу. Господи, я уже начала думать, что больше никогда тебя не увижу.

Я усадила ее перед камином и подбросила в очаг еще одно полено.