Черная осень

И других версий не видел.

И что теперь делать?

Хотя вопрос дурацкий. Что делать, что делать…

Искать наследника и собирать ополчение! И никак иначе.

Тор почесал в затылке, пользуясь тем, что его никто не видит.

Послать людей к соседям. Объявить мобилизацию. И постепенно стягивать войска в поместье. А еще – информация.

Как можно больше людей должны узнать и про смерть императора, и про наследника… кто же убил Петера?

Но тор сильно подозревал, что эти знания ему никакой Петя не раскопает. Ну что ж, будем работать с тем, что есть.

Какой же он молодец, что оружие заказывал! И побольше, побольше… у него сейчас хватит – полк вооружить! И вооружим! Тут главное что?

А дальше волна покатится… выметем освобожденцев гнилой метлой! Никуда не денутся, гады!

Да. Главное – начать.

И тор Изюмский решительно зашагал к дому.

Жом Лешек спешил домой из управы.

К груди он нежно прижимал сумку с продуктами. Два фунта хлеба, фунт сахара, фунт муки, настоящее сокровище – кусок мяса.

С продуктами в Ирольске последнее время было плохо.

Нет, на базаре-то, из-под полы, можно купить что угодно. Но цены! Зарплата секретаря управы таких трат просто не выдерживала. Продуктов за нормальную цену найти было нельзя, крестьяне везти их отказывались, и жом Лешек, считай, жил впроголодь. А ведь еще семья, которой следует помогать.

Мать, сестра, племянники… муж сестры сейчас где-то на фронте, жом Лешек даже не знал, где именно, но писал во всех анкетах, что зять сражается в стройных рядах освобожденцев и исключительно за правое дело.

Кто там сейчас на фронте проверит?

Сегодня он отдаст матери продукты, а та вздохнет с облегчением… хорошо, хоть паек выдавать начали, не всем, конечно, только самым полезным и необходимым…

Увлекшись своими мыслями, Лешек налетел на симпатичную барышню. Та ахнула – и осела на тротуар.

Лешек ахнул – и бросился помогать.

– Простите… – Чуть не сказал «тора»! Но так и просилось на язык. В последнюю секунду, считай, поправился! – Простите, жама!

– Ничего страшного. – Яна улыбалась сквозь предусмотрительно повисшие на ресницах слезы.

– Э… да, конечно, жама…

Лешек протянул даме руку и помог подняться с земли. Не забывая, впрочем, и о пакете под мышкой. Оставь-ка вещички без присмотра! Мигом уволокут!

Не во всех еще сильна сознательность! Не все прониклись светлым духом Освобождения!

Яна попробовала наступить на ногу, охнула, покривилась…

– Простите, жом, я буду просить вас о помощи еще раз.