А что касается доверия… Я доверяю ему свою жизнь, что говорить о бизнесе? Для меня это неравноценные вещи.
Мастиф, поняв, что разговор бесполезен, только махнул рукой:
– Да и черт с тобой! Но сегодня вечером тебе нужно съездить на встречу с одним человеком. Я хочу, чтобы он заключил с нами сделку. Ему принадлежит крупнейшая строительная корпорация, самая лучшая и надежная. Он должен работать на строительстве «Веселого берега», это мой последний проект.
Из всего окружения только Марина знала, что старый лис тяжко болен – рак поджелудочной железы пожирает его.
Он торопился закончить строительство большого торгово-развлекательного комплекса на набережной, с кинотеатром, рестораном, детским клубом и ледовой площадкой.
– Я его знаю? – спросила она, закуривая.
– Лично – нет, но слышала наверняка. Егор Малышев.
Ничего себе! Малышев, сам Малыш, недавно отошедший от криминала авторитет, бывшая правая рука Строгача! Имеет репутацию бабника и сердцееда, самый завидный холостяк в городе, а то и в регионе. Малыш – нереально красивый, как говорили, мужик, в прошлом – чемпион по карате, участвовавший в подпольных боях без правил, не раз становившийся в них победителем.
Об этом знала даже Коваль… Нет, этот парень не по зубам ей. И что-то в тоне Мастифа не понравилось, насторожило.
– Я что, должна буду лечь под него, если он захочет? – подозрительно спросила Марина, прищурив глаза, и не ошиблась, почти на сто процентов уверенная в ответе.
– Если понадобится, ляжешь, как миленькая, – жестко отрубил Мастиф. – Сделаешь, даже если Олегу твоему драгоценному это не понравится.
Кстати, он с тобой не поедет, чтобы не смущать.
– А я без него не поеду, – она встала из шезлонга, набрасывая парео на купальник. – Я никому ничего не должна, в том числе и Малышу. А без Олега я из дома не выхожу.
– Остынь! – велел шеф. – Там, куда ты поедешь, тебе ничего не угрожает.
– Да, кроме перспективы быть оттраханной! – фыркнула Коваль, взбешенная подобным поворотом в жизни. – Но я так дела не делаю, я слишком ценю себя, чтобы менять свое тело на цемент, бетон и таджикских строителей.
Мастиф поднялся и закатил ей такую оплеуху, что Марина упала, не сумев устоять на ногах. Подойдя к ней вплотную, он взял ее за подбородок и прошипел:
– Ты, сучка, будешь делать то, что я скажу. Я люблю тебя, как дочь, но свой бизнес я люблю еще сильнее. Вспомни, кто сделал тебя тем, что ты есть сейчас. И представь, что стало бы с тобой, если бы не я. Сдохла бы под забором, изуродованная своим обожателем.
