Чёрное. Белое

Что произошло со мной в этот момент?! Мои личности опять поменялись местами?! Скорее всего… Потому что мои губы в ответ накинулись на его, словно состязаясь в первенстве на самый бешеный поцелуй, и без боя пропустили его язык, позволив ему хозяйничать в моем рту…

Дрожа и трепеща от этого дикого первобытного поцелуя, сжимая в кулаки, натягивая его короткие волосы, трясь телом об него, я не перестаю удивляться, почему я сегодня настолько светочувствительна и ощущаю все так остро?! Почему я так неистово хочу его?! Мне хочется провалиться сквозь землю от этой убийственной мысли, но я правда хочу его! Так как никогда никого раньше! Почему?! Ведь я не люблю Марка… Хотя что я знаю о любви?! Нет, я не могу его любить! Как я могу любить плохого человека?! Это неправильно… Все неправильно! Все мои ощущения и чувства грязные, порочные, пошлые…

Резко отстраняюсь от мужчины, словно боясь запачкаться еще больше.

Я, итак, нахожусь в грязи, я не могу утонуть в ней окончательно!

– Ася… – его хриплый голос отдает куда-то туда, куда точно не следует, и по моему телу пробегает новая сладостная дрожь, выметая из головы все лишнее.

От каждого прикосновения Марка я трепещу, как бабочка от потока ветра. Нет. Все! Стоп! Пытаюсь взять себя в руки и, борясь со всеми чертями в своей душе, начинаю заглатывать воздух, восстанавливая дыхание и ужасаясь мысли – что еще бы пару секунд, и я бы забыла все правила с «не», что висели на предупреждающем стенде. Кошмар! Я, наверно, сошла с ума, но я чувствую самое провокационное и разрушающее чувство – нельзя, но хочется! Очень хочется!

Мужчина снова скользит по моему телу, и я плавлюсь под его руками… Он не делает ничего, что запрещено в этой комнате, а я опять горю от страсти и сама безумно хочу, чтобы мы нарушили все запреты и воспользовались его положением вседозволенности.

Я желаю выпустить наружу огонь, бушующий в нас. Ведь я чувствую, что наши желания взаимны! Едва эти мысли приходят в мою голову, как, на мое счастье, заканчивается музыка и приватный танец соответственно тоже. Испуганно соскакиваю с колен Марка и, не оборачиваясь, не одеваясь, вылетаю в коридор, и несусь в гримерку в одних стрингах.

Влетев в комнату, подлетаю к шкафу и под бьющую меня конвульсией дрожь начинаю не доставать вещи, чтобы одеться, а плакать… Господи, я же не истеричка, что происходит со мной?!

Через пару минут мое уединение нарушает Надя, видно вернувшаяся за чем-то, и в два шага подлетает ко мне.

– Он тебя обидел?!

Я молча мотаю головой.