— А-ха-ха! — смеётся Галина, — застукали тебя, Егорка, когда ты к соседке ходил. Хорошо, что Наталья у тебя неревнивая. Да, Наташ?
— Точно, — соглашается та и тоже смеётся.
Ну что же смех, лучше, чем слёзы, как ни крути…
Пока мы болтаем да балагурим, Боря играет на рулетке. Я с него ещё за Шуста не спросил вообще-то… Надо время для разговора выбрать…
Вскоре он возвращается, злой и пустой, проигравшийся в пух и прах.
— А вот Наташе сегодня фартит, — сообщает ему Галина. — Целых пятьсот рублей выиграла.
Борю это не радует, а только злит, и он ничего не отвечает.
Мы отправляемся ужинать и слушать стихи и эпиграммы. Настроение отличное и да:
Душою ощущая ход времён,
Забитая испанская крестьянка,
Сказала мне по-русски: 'О, Таганка!
Проклятый Франко, если бы не он…'
Звезда стриптиза, рыжая Эдит,
Сказала, деловито сняв рейтузы:
'Ты знаешь, Женя, наши профсоюзы
Считают, что Таганка победит!..'
Классический Филатов, ещё не написавший Федота, но после позапрошлогоднего «Экипажа» ставший чуть ли не главным секс-символом советского экрана.
Талантливый, немного желчный и страшно обаятельный. Харизма так и прёт.
— Нравится? — спрашиваю я у Наташки, наклоняясь к уху.
— Да, — улыбается она. — Молодец, правда?
— Как ты думаешь, он сумел полюбить себя? — подначиваю её я.
— Что? — чуть подвисает она, глядя мне в глаза. — Ой… Да ну тебя, Егор! Он, как раз, может и сумел. Актёрской профессии такое не чуждо, мне кажется.
— Да? — удивлённо тяну я.
— Да, — пожимает она плечами. — А что тебя удивляет?
— То, что в твоей оценке чувствуется негативное отношение к этому явлению.
К умению сначала полюбить самого себя.
— Я подумала, что ты наверное прав, — пожимает она плечами, — и эта американка Вирджиния Сатир действительно придумала какую-то чушь.
— Правда? — улыбаюсь я.
— Может, правда, а может и неправда, — подмигивает Наташка. — Только смотри, если я буду во всём с тобой соглашаться и всегда признавать твою правоту ты не заскучаешь?
— Не надо во всём, — милостиво разрешаю я.
— Соглашайся только когда действительно согласна.
— Масло масляное, — смеётся она.
Вечер получается очень приятным. Вокруг Галины, как обычно, собирается большое количество народу. Артисты, писатели и просто любящие красоту люди. Красоту жизни, конечно же.
В самый разгар вечера откуда ни возьмись появляются мексиканские гитаристы в роскошных сомбреро и поют «Кукарачу», что-то ещё и даже «Мама ё керо», хотя она вроде исполняется на португальском языке.
