Смеяться немного больно. Видать ребро повредили.
— Проблема в том, — говорит он, отсмеявшись, — что я на него поорал и рапорт напишу, и даже боссу накапаю, что он моего агента прихватил. Да только ему ничего не будет. У него есть кто-то в ЦК или прямо в политбюро. Как с гуся вода, в общем.
— А что, вы не знаете, кто именно за ним стоит? Как это возможно, Леонид Юрьевич?
— Давай только без этого, ладно? — хмурится он. — Яйца курицу не учат. Разбираемся уже. Как выясню, сразу доложу, товарищ главнокомандующий.
— Нам надо его дискредитировать. Взять с поличным, арестовать, и нашу запись до кучи запулить. Чтоб он уже никогда не отмылся. Вы бы слышали, что он про вас говорил.
— Представляю, — улыбается Де Ниро. — И… да, ты прав, конечно. Надо его подставить. Но он хитрая свинья. Операцию нужно спланировать чётко, чтобы этот слизень вонючий не выскользнул.
К ночи поднимается температура, Наташка паникует, но я сохраняю хладнокровие, жру аспирин и успокаиваюсь, увлёкшись просмотром сновидений.
В кои-то веки. Моя милая лежит рядом и боится пошевелиться. Всю ночь не спит и каждые пять минут кладёт свою прохладную ладошку мне на лоб.
Утром я чувствую себя разбитым, но ничего смертельного. Звонит Злобин и заставляет ехать в госпиталь. Наташка горячо поддерживает, и отбиться от них двоих у меня не получается. Так что, Ириш, прости, сегодня на работу не приду. Еду в больничку. Моя суженая едет вместе со мной. Госпиталь всё тот же. Пашка и Рекс восстанавливаются в Белокурихе, так что навещать нам некого.
Меня крутят, щупают, делают снимки, выкачивают кровушку, выжимают и другие субстанции и, в конце концов, отпускают. Кости целы, трещин нет, внутренние органы в порядке. Здорова, как корова, одним словом.
Когда приезжаем домой, звонит Галя.
— О, Егор, ты дома сегодня? С нами поедешь?
— Нет, делегирую свою лучшую половину. Галя, я на тебя, как на себя надеюсь, даже ещё больше. Берите всё, что понравится.
— С кем это ты? — спрашивает Наташка, когда я вешаю трубку.
— Собирайся, Галина через полчаса подъедет. В ГУМ тебя повезёт.
— Ты что, я не поеду, — качает она головой. — Нет, даже не думай. Я тебя одного не оставлю.
— Ты шутишь? — улыбаюсь я. — Я же в полном порядке.
— Правда? А почему у тебя лицо синее, вот здесь на скуле?
— Я вообще-то ещё и на работу собираюсь, — вру я. — Значит так. Поезжай с Галей и оторвись. Ты перенервничала и тебе нужны положительные эмоции. Попробуй. Тебе понравится, уверяю.
