Слушайте, только сейчас обратил внимание, что у д’Артаньяна фамилия армянская.
— Ты с гробами-то не горячись пока, — он хмуро смотрит на часы. — Разобраться надо."
"— Кто вас хочет с должности турнуть? Кому вы мешаете? Царевне нашей занять ваше место не светит, значит кто-то, кто выше него. Кому вы дорогу перешли? Вас, кстати, Андропов поставил или кто-то другой порекомендовал?
Он ладонями трёт лицо, будто умывается.
— Ну что, идём? — спрашивает он, игнорируя мои вопросы. — Смирнов уже готов, я думаю, к разговору.
Так где твой гроб хрустальный?
— На складе в порту. Среди механизмов и грубых металлических конструкций. Это неплохо для осознания слабости человеческой природы. Хорошо бы, чтоб на его глазах местные бандосы кого-нибудь пытали. Но это вряд ли.
— Ладно, — соскакивает с табурета Злобин. — Отставить фантазии. Пора идти к Смирнову.
— Блин, Леонид Юрьевич… — качаю я головой. — Как-то ссыкотно, пардон за бедность речи, прямо в логово вваливаться. Вас-то, наверное, они прямо здесь тронуть не смогут, а вот за себя переживаю немного.
— Не дрейфь, я ему позвоню сначала, уточню обстановку. Да и в любом случае, мне надо с Андроповым переговорить. И не только с ним. Я откуда из отеля что ли звонить ему буду? Пойдём, из автомата Володьке брякнем.
— Так сейчас Валдис подъедет, можно от него и брякнуть… Хотя, да, вы правы, лучше из автомата. Валдис, скорее всего, под колпаком, как и все остальные.
— Все под колпаками друг у друга, — подтверждает мою мысль Злобин. — И Марту твою взяли не потому что, наконец-то, вышли на её след.
Нет, совсем по другой причине. Просто кому-то это показалось своевременным. Знаешь какая любимая фраза у моего шефа? «Ещё не время». Улавливаешь? Поварёнок с тебя глаз не сводит, он к тебе даже в дом человека поставил. Естественно, все твои контакты, все шаги, если не происходят с соблюдением правил глубокой конспирации, ему известны. Но сейчас его действия похожи на какое-то отчаянное взбивание масла.
— Почему?
— Потому что не мог же он заранее знать, что именно изымет у Марты.
Хватает всё, что движется. Почему? Думаешь так сильно хочет лилией завладеть?
— Боюсь, дело в другом, — киваю я. — Кому-то как можно скорее нужны на вас материалы. Но, вы же говорили, у него и так что-то есть.
— Говорил, но, видать, того что есть недостаточно, чтобы меня вывести из игры бесповоротно и окончательно. Я не знаю, что у него на меня имеется. И вообще… этот архив, которым он якобы владеет, это не совсем то, о чём ты думаешь.
