Черное сердце

 – Серега весь соткан из недостатков, но у кого их нет? Он, конечно же, бабник и любитель выпить, но какой настоящий сыщик избегает хорошеньких женщин и посиделок в теплой компании? Матвеев может пару дней пьянствовать, зато потом за оставшиеся два-три дня раскроет столько преступлений, сколько любой другой инспектор за полмесяца не осилит.

– Спору нет, работник он отменный, но с Грачевой пролетел. Мне вот что обидно: когда он принес рапорт о вербовке и показал ее фотографию, я его сразу предупредил: «Не вздумай эту девку в кровать тащить! Неизвестно, кто потом кем помыкать будет».

Так и получилось! Не он ее завербовал, а она его. По факту – это она, Марина Грачева, операцию разработала, а мы у нее были на подхвате.

– Оставь Матвеева, – на правах начальника отдела велел Вьюгин. – Какие у вас соображения по поводу провала операции?

– Я думаю, дело было так, – начал Клементьев. – Каким-то образом Мелкумян вовлек ее в игру в качестве призовой девушки. Марине с первого дня понравилось иметь дополнительный заработок.

Девушка она яркая, у игроков спросом пользовалась, работа предстояла непыльная. Клиентов обслуживать – это не вагонетки в шахте толкать. Есть, конечно, риск венерическую болезнь подхватить, но тут наверняка была страховка: Мелкумян бы любое лечение оплатил и материально компенсировал временный выход из строя.

Прошлым летом Мелкумян освобождает Грачеву от игры и делает своей постоянной любовницей. Для небольшого замкнутого мирка игроков в «девяточку» это повышение, а для Грачевой – падение.

Пока она была рядовой проституткой, могла бы в любой момент отказаться от игры. У любовницы бы такой номер не прошел. Любовница поневоле становится свидетельницей деловых разговоров, то есть оказывается потенциально опасным человеком. Помощники Мелкумяна только с виду добрые и пушистые. Если бы он пальцами щелкнул, они бы Грачеву вывезли за город, влили в горло бутылку водки и бросили бы умирать на морозе. Или дорожное происшествие имитировали бы. Тут гадать не стоит, но понятно одно: захотел бы Мелкумян от Грачевой избавиться так, чтобы она навеки замолчала, избавился бы. Ее такое положение начало тяготить. Во-первых, Мелкумян уже не молод, за годы в Сибири любовью юных красавиц пресыщен. Ему для возбуждения надо что-то новое, необычное.

– Не вдавайся в эротические фантазии! – перебил начальник милиции. – Нечего молодого сотрудника развращать.

– Нынешнее поколение – не то, что мы! – возразил Клементьев.