Черное сердце

Пройдет много лет, и я, вспоминая тот вечер, никак не мог найти объяснения своему поведению. Девушка была молодая и симпатичная? Да. Она была готова остаться? Да. Спрашивается, что мешало мне пойти ей навстречу? Калмыкова? Нет. Мне уже тогда было понятно, что отношения с Ларисой перспективы не имеют. Устроила бы она мне скандал, расстались бы, и на этом – все. Я бы бегать за ней и просить прощения не стал.

Так почему же я не остановил Веронику? Быть может, это молодость, когда кажется, что у тебя все еще впереди и таких Вероник будет видимо-невидимо? Не знаю.

Я так и не нашел ответ на этот вопрос, но одно знаю точно: если бы она осталась, то жизнь моя могла бы сложиться по-другому. Все, что ни делается, – к лучшему. Мои отношения с Вероникой могли бы перерасти во что-то более серьезное, и у меня была бы другая жена, и не было бы внебрачной дочери, не было бы запутанных отношений с сестрами Антоновыми. Словом, это был бы уже не я, а я предпочитаю оставаться самим собой.

Той ночью мне снился сон, навеянный рассказами об иностранцах.

Во сне я стоял с матерью на мичуринском участке. Девушка, похожая на Веронику, тяпкой окучивала картошку. Мать, понаблюдав за ней, с сожалением сказала:

– Зря ты на негритянке не женился! Она бы одна огород в порядок привела и на поле все грядки прополола бы. Ничего по-людски сделать не можешь, только о себе думаешь!

На работе я набросал схему взаимоотношений Жан-Пьера Пуантье с известными мне лицами. Пуантье я обозначил как круг с буквой П в центре. От него провел лучи в стороны.

На кончиках лучей нарисовал окружности поменьше. Если, по моему мнению, фигурант на конце луча был врагом Пуантье, то луч, ведущий к конголезцу, получал молнию на конце. Если же фигуранта ненавидел Пуантье, то молния шла от центра наружу. Итак, что у меня получилось. Пуантье мог считать своими врагами:

1. Санька Медоеда. Тут все понятно. Санек разоблачил его, унизил, проломил голову нунчаками. Мог ли Медоед убить Пуантье «электрическим хлыстом»? Пожалуй, нет. Санек, как я понял, парень прямолинейный.

Если бы он решил убить Пуантье, то сделал бы это грубо и примитивно: ударил бы ножом в спину или раскроил бы ему череп топором. В открытой схватке Медоед бы проиграл, а вот из-за угла убить точно бы смог. «Электрический хлыст» в его руках неуместен, даже экзотичен.

2. Самуэль. Во время конфликта Пуантье и Медоеда Самуэль однозначно встал на сторону земляка, пригрозил Жан-Пьеру отчислением из техникума. Самуэль и Пуантье – скрытые враги.