Чернокнижник

Населения он пока не видел, звуки и движение тоже отсутствовали. Лишь где-то пела все та же птица, ее трель разносилась над лесом. Сладко пахло ванилью и остро — травой.

Он оглянулся, но никого не увидев, снова скользнул к стене, провел пальцами по гладкому камню. Мрамор? Гладкий… и твердый. Прикинул высоту. Допрыгнет? В человеческом облике точно нет. А в трансформации? Попытаться?

Вновь всмотревшись в неподвижные заросли за спиной, Армон сгруппировался и прыгнул. Ладонь лишь скользнула по гладкой поверхности, не достигнув края.

Тогда оборотень чуть-чуть трансформировал тело, выпустив когти и увеличив длину рук. Желание сменить тело полностью вновь затуманило разум, зверь внутри ожил и зарычал, требуя освободить его. И Армон привычно сжал зубы, не позволяя себе меняться.

Вновь присел, внимательно рассматривая край стены и прикидывая свои действия. Тело — сомкнутая пружина. Ноги — рычаги. Разогнуться, оттолкнуться, прыжок! Когти со скрежетом царапают камень.

Еще раз!

Разбежаться, сгруппироваться, прыжок!

Клац! Когти вцепились в край!

Армон выдохнул и… Стена откинула его, сбросила вниз, словно упругая резина, и на глазах подросла, став еще выше.

— Охренеть, — сказал Армон, ошарашенно осматривая «живую» преграду. Он в жизни не видел ничего подобного и теперь тряс головой, размышляя, не померещилось ли ему. Но кусок стены, где он пытался перелезть, был заметно выше, волной выделяясь на гладкой поверхности каменной ленты.

В высокой траве зашуршало, и Армон вскочил, не успев убрать когти.

Змеиное тело блеснуло чешуей, и на пятачке у ограды появилась Интиория.

— Ах, какой грозный рихиор, — с насмешкой протянула она, медленно закладывая круг вокруг Армона. Он повернулся, не желая оставлять ее за спиной и понимая, что змеиный хвост заворачивается вокруг кольцом. — Какие впечатляющие когти… Клыки… Какая стать… Ты, наверное, альфа своей стаи, рихиор?

— Что тебе нужно? — поморщился Армон. Он не собирался грубить, но повадки девушки и сжимающееся вокруг змеиное кольцо порядком нервировали.

— Всего лишь проявляю гостеприимство к гостю, — пропела Интиория. И вновь чуть передвинулась за его спину, вынуждая Армона повернуться. — Ах, я беспокоилась, принесла вам еды, но оказалось — фью, как печально, рихиор не пожелал дождаться провожатых и решил прогуляться самостоятельно. — Еще один круг, еще одно кольцо. — Или… — Интиория резко склонилась к его лицу, раздвоенный язычок мелькнул между губами.