Чернокнижник

Фыркали, скалились, выпускали когти, но все это без агрессии, а скорее от возбуждения и только что пережитой битвы. Все те, кто демонстративно отворачивался еще час назад, под навесом, сейчас смотрели по-другому и не торопились показывать клыки. Оценили степень превосходство истинного рихиора. И хотя Армон понимал, что, накинувшись стаей, пятнистые его, возможно, одолеют, но никто не сомневался, что прежде чем это случится, с собой на тот свет он утащит многих.

Впрочем, нападать на него никто не собирался.

И подошел первым тот, кто более других походил на человека.

Насколько Армон смог понять, у этого парня лишь ноги были звериными, из-под короткой набедренной повязки торчали покрытые шерстью массивные конечности. И даже клыки отсутствовали. Что он и продемонстрировала, широко улыбнувшись оборотню."

"— Не думал, что повидаю истинного рихиора в его боевой форме. Да еще и увижу, как он бьется на нашей стороне. Вечные боги, ради такого зрелища стоило пережить атаку крылатых! — он протянул Армону руку, оттерев ладонь о ткань.

 — Я — Шинкин-Лойд. Можно просто Шинк.

Армон покосился на его руку, но свою подал. Человеческая ладонь исчезла в лапе оборотня, но ток крови друг друга они уловили, и древнее рукопожатие состоялось.

— Что у вас тут происходит, может, объясните? — он поморщился, меняя форму, возвращая себе человеческий облик. Привычно — через боль, но приложив усилия, чтобы окружающие этого не увидели. Нутро снова взорвалось, внутренности разодрало, превратив в кровавое месиво, размолотило кости в труху, но Армон лишь скривился, не позволив себе ни стона.

Во рту появился сладкий вкус крови и кислый — слюны, и он сглотнул. Речь вышла невнятной, сиплой, но все же получилась, и рихиор подавил облегченный вздох. Хорошо. Ему снова удалось вернуться. Глазеющие на него пятнистые и необходимость разобраться в обстановке оказались весомыми поводами. И все же… На этот раз чуть сложнее, чем в прошлый. Больнее, чем в предыдущий. И медленнее, чем надо.

Тревога сжала сердце, и так бьющееся набатом, с усилием качающее кровь к поврежденным органам.

Зарастет. Все зарастет, как на собаке. И боль пройдет.

Но…

Надо как можно скорее выбраться и найти Лекса.

Пятнистые переглядывались, окружив Армона кольцом.

— Да как бы… — Шинк почесал лохматый затылок. — Сам разве не видишь? Убивают нас. Не осталось уже почти никого…

Парень бросил тоскливый взгляд туда, где лежал убитый.

— Крылатые сильны, гораздо сильнее нас. И их больше. У них оружие…

Окружающие хмуро кивнули.