Чернокнижник

Слюдяные крылышки молотили с такой скоростью, что казались невидимыми.

— И если ты против, то мы уйдем. Вместе. Но одну я ее не оставлю. Ей нужна помощь.

— Отлично, — кисло констатировал я. — А мне, значит, не нужна? Хорош защитник.

— Ты вполне можешь обойтись без меня, Лекс, — Армон поднялся с колен. — В крайнем случае — найдешь другого защитника. А Одрианна без меня пропадет. Толстяк Гнидос ее не защитит, он слишком стар. Да и сам по уши в навозе, его заметут, даже не спрашивая. Анни уже послала ему весточку, чтобы он залег на дно и не высовывался.

Я должен ей помочь, Лекс.

Я скривился снова.

— Меня сейчас точно стошнит от твоего благородства. И куда же ты поведешь свою Анни? В ближайшую подворотню? Там неудобно заниматься размножением, я пытался. Местные забулдыги советы дают, да и дама может засмущаться.

— Я что-нибудь придумаю, — Армон рассеянно запустил пятерню в темные волосы. Я покачал головой.

Проблема в том, что идти напарничку было совершенно некуда. Оборотни — стайные создания и живут большими общинами, подчиняясь воле своего альфы.

В нашем Кайере самая крупная стая обитает на севере города, есть и мелкие. Почему Армон оказался выкинутым за пределы стаи, ушел ли сам или его изгнали — я не знал. Мой напарник порой раздражающе скрытен. Я как-то даже напоил его соком вайи, который еще называют «развяжи язык», потому что под его действием почти невозможно сохранить свои секреты. Но Армон меня удивил. Кстати, это была дополнительная причина, по которой я решил с ним работать. Все-таки способность не проболтаться даже под таким воздействием — ценное качество.

Но все, что я узнал, что Армон — одиночка, и стаи у него нет. Может, от того он так рьяно охранял меня, у оборотня инстинкт защищать своих. А уж почему он решил, что я «свой» — не выяснял. В кривых мозгах своего напарника сам верховный демон Грох сломает все четыре свои ноги.

— Так как, Лекс? — Напарник запустил последнюю осу. — Нам уйти?

— Оставайтесь, — буркнул я, возвращаясь к своим рунам. — На какое-то время.

Потом посмотрим.

Армон кивнул.

— Только я не собираюсь менять свою жизнь из-за присутствия в доме нежной барышни, учти это.

— Надеюсь, хотя бы перестанешь разгуливать голым.

Я усмехнулся.

— А ты боишься, что милая Ан-ни соблазнится моими внушительными достоинствами? — Подмигнул и снова пошел вдоль стены. Напарник пробурчал что-то сквозь зубы и вернулся к своим железным штуковинам, теперь он колдовал над конструкциями, похожими на бутон цветка.