Черные Шипы (ЛП)

— Есть какие-нибудь слабости, которые я могу использовать?

— Зачем мне знать его слабости? Мы только учились в одном колледже. Наши занятия даже не были на одном факультете, так что нельзя сказать, что мы были близки.

— Интересно. Не знаю, почему у меня сложилось впечатление, что вы действительно были близки. Может быть, это было мое воображение.

Акира похлопывает меня по руке. — Не беспокойся. Хоть ты мне и не помогла, я в два счета найду его слабое место. Это будет забавное испытание.

Мой позвоночник выпрямляется, и я заставляю себя расслабиться, чтобы он не прочитал мою реакцию.

Если и есть что-то и узнала об Акире за все эти годы, так это то, что он считает своей миссией находить слабости других людей. Именно так ему удается перешагнуть через них и получить то, что он хочет.

Никто не попадает в поле зрения Акиры и не остается невредимым. В этом он так похож на моего отца.

Но я не могу отговорить его от этого, потому что, если он почувствует мой интерес к этому вопросу, он ухватится за него.

Он опускает голову и целует меня в щеку, когда мы подходим ко входу. — Иди и переоденься, пока не пришли наши гости.

— Ты тоже, — я улыбаюсь, когда мы расходимся в разные стороны. Его комната в восточной части, а моя — в западной.

Моя комната простая, с большой двуспальной кроватью посередине и высокими лампами по обе стороны от нее. Единственная личная вещь здесь — блокнот для рисования на прикроватном столике, которым я пользуюсь всякий раз, когда мне нужна отдушина.

Я прислоняюсь к двери и чуть-чуть прикрываю глаза, переводя дыхание.

Такое ощущение, что я не дышала нормально с того момента, как мой взгляд упал на эти тропические зеленые. На секунду прошлое проносится перед моими глазами, но все, о чем я могу думать, это когда я видела его в последний раз.

Истекающий кровью, в лихорадке и умирающий.

Медленно открывая глаза, я поднимаю руку, ту самую руку, которую целовал Себастьян, и смотрю на нее на свету.

Она все еще покалывает, все еще такая же горячая, как его губы. Я могу представить их на своей коже, целующих, задерживающихся, пока он держит меня в плену своим диким взглядом.

Я иду к кровати на нетвердых ногах и по пути расстегиваю молнию на платье, моя груди вываливается из встроенного бюстгальтера, когда материал оказывается по полу.

Моя кожа на ощупь такая теплая и чувствительная, что даже ощущение попадания на нее воздуха вызывает дискомфорт.