Черный обелиск

— Лучше бы ты выдавал его по бутылке авансом. Тогда скорей придет и вдохновение.

— Хорошо, начнем с одной. Пошли к Эдуарду.

Увидев нас, Эдуард, как обычно, мрачнеет.

— Радуйтесь, господин Кноблох, — говорит Георг и вытаскивает из кармана толстую пачку банкнотов. — Сегодня вас приветствуют наличные.

Лицо Эдуарда светлеет.

— В самом деле? Что ж, когда-нибудь они должны появиться. Желаете столик у окна?

В погребке опять сидит Герда.

— Ты тут что — постоянный гость? — кисло осведомляюсь я.

Она непринужденно смеется:

— Ну да, по делу, господин следователь, — повторяет Герда.

— Разрешите на этот раз пригласить вас пообедать с нами? — говорит Георг и толкает меня локтем, чтобы я не вел себя, как упрямый мул.

Герда смотрит на нас.

— Второй раз мне, наверное, уж не удастся вас пригласить, как вы думаете?

— Определенно нет, — отвечаю я, но не могу удержаться и добавляю: — Эдуард скорее откажется от помолвки.

Она смеется и не отвечает. На ней очень хорошенькое платьице из коричневого натурального шелка.

Появляется Эдуард и снова мрачнеет, увидев нас в обществе Герды. Он явно что-то подсчитывает и решает. Он думает, что мы наврали и опять намерены поживиться за его счет.

— Мы пригласили фрейлейн Шнейдер пообедать с нами, — заявляет Георг. — Мы празднуем конфирмацию Людвига. Он постепенно созревает и становится мужчиной. Уже не считает, что мир существует только ради него.

Георг пользуется большим авторитетом, чем я. Лицо Эдуарда снова проясняется.

— Есть восхитительные цыплята! — он вытягивает губы, словно намереваясь свистнуть.

— Пришли нам спокойно обычный обед, — говорю я. — У тебя всегда все исключительное. И бутылку Рейнгартсхаузена 1921 года!

Герда поднимает глаза.

— Вино за обедом? Да вы что — в лотерею выиграли? Тогда почему вы больше не приходите в «Красную мельницу»?

— Нам достался очень маленький выигрыш, — отвечаю я.

— А ты и не знал? Стыдно! Эдуард вот знает. Правда, у меня был двухнедельный перерыв. Но с первого начинается новый ангажемент.

— Тогда мы придем, — заявляет Георг. — Даже если бы пришлось заложить мавзолей.

— Я видела там вчера вечером твою подругу, — говорит мне Герда.

— Эрну? Она не моя подруга. С кем она была?

— А какое тебе дело, раз она уже не твоя подруга?

— Очень большое дело, — отвечаю я.