– Номера журналов, например?"
"На последнее надежды почти не было. Но Уникум, с видом чуть ли не спасителя человечества, выудил из кармана грязный клочок бумаги, огрызок карандаша и написал не только название альманаха, но и номера журналов, и даже страницы. Марори на радостях чмокнула его в щеку и пулей вылетела из библиотеки.
В архивах было пыльно, холодно и сыро. Марори почти сразу одолел удушливый приступ кашля. Попытка уговорить архивариуса разрешить ей вынести журналы для самостоятельной работы закончилась полным фиаско: старик упрямо твердил, что все альманахи находятся в единственном экземпляре, а некоторые представляют историческую ценность.
Пришлось работать прямо в подвале, кутаясь в куртку и не обращая внимания на пляшущие от холода зубы.
Уникум был прав: идеи, которые исповедовали ученые, в самом деле попахивали околорелигиозным, фанатичным бредом. И опирались они на откопанное в древних письменах пророчество о том, что печати на Апокалипсисе вот-вот должны рухнуть, и мир погрузится в пучину кровавой войны и бедствий, в которых никому не спастись и не выжить.
Этих людей объединял не только интерес к науке и то, что все они были простокровными, но название, которое прицепилось к ним с подачи какого-то журналиста, – Светочи истины. Пафосное название, за которым скрывались имена увешанных всевозможными регалиями ученых, отнюдь не походивших на фанатиков. А в массовый психоз Марори отказывалась верить.
Строчка за строчкой, буква за буквой Марори восстановила хронологию событий.
Пророчество, вокруг которого сплотился круг последователей, громкие заявления для прессы, десятки научных статей, каждая из которых выглядела, мягко говоря, бредом душевнобольного. Потом тянулись годы тщетных попыток найти спонсора, готового вложить деньги в экспедицию и в дорогостоящий инвентарь, но при этом принимать на веру и предлагаемые домыслы. Заметки о «светочах» становились все меньше, пока научный мир не взбудоражила сенсация: меценат найден, экспедиция заканчивает последние приготовления.
Следующая статья датировалась двумя месяцами позже, и в ней говорилось, что ученые прибыли на место, отыскали алтарь и приступили к раскопкам. Еще через три недели – небольшая заметка о том, что из-за резко ухудшившихся погодных условий раскопки пришлось на какое-то время свернуть.
А потом, словно «горячие пирожки», одна за другой шли разгромные обличительные статьи о том, что ученые ничего не нашли.
