– В отличие от вас, болванов, я не спятил и трезво вижу, что дра’морка – всего лишь взрывоопасная игрушка Вандрика Шаэдиса, обычная заводная мартышка, которая ходит туда, куда укажут, и делает ровно то, что ей положено делать. И все уникальное и необычное, что в ней есть – лишь мишура, чтобы спрятать гниль и червоточину. Так что, олухи, пока вы не разбили друг другу рожи, остановимся на том, что дра’морка будет моей парой. Хотя у меня даже зубы свербят от желания посмотреть, как вы будете рвать друг друга на куски.
— А моего согласия спрашивать совсем не нужно? – После такой изобличительной речи в свой адрес Марори разом протрезвела.
И разозлилась. В первую очередь потому, что ничего не могла поделать с желанием вцепиться Ноту в шею и утолить голод, который в последнее дни давал о себе знать. А еще потому, что знала – кровь Марроу, хоть и более доступна, не даст полного насыщения. – Или марионеткам Вандрика право голоса не положено? Потому что, знаешь, мой создатель страшно не любит, когда его игрушки трогают без спроса.
Знаешь, что он сделает с тобой, когда узнает?
Она сама не поняла, как оказалась рядом с ним, и прежде, чем спектр успел что-то предпринять, схватила его за запястье. Он не смог сдержать удивленный крик боли, когда ее ладонь раскалилась и вверх по руке побежали огненные нити. В воздухе запахло паленой плотью.
— Он тебя выпотрошит. Вскроет от глотки до паха, как вонючего моллюска, и поковыряет в твоих кишках. И знаешь еще что? Ты будешь еще жив, и прочувствуешь каждое шевеление в своей утробе.
В следующее мгновение кто-то сграбастал ее в охапку, с силой дернул назад, опрокидывая навзничь.
— Марори, успокойся!
— Сраная дра’морка, тварь проклятокровная! – Ругань Нотхильдиса пропиталась болью и злостью. – Ей нужно голову оторвать, а вы носитесь с ней, как с каким-то хреновым сокровищем!
— Заткнись! – вторил ему взбешенный Марроу. – Какого… ты ее доводил?!
Сквозь алое марево Марори видела лишь обувь спорщиков. Прохлада снега, в который ее окунули лицом, понемногу погасила приливший к щекам жар.
— Шшшш, все хорошо… Все хорошо… - Ти’аль держал ее так крепко, что она и пошевелиться не могла. – Ты в безопасности. Этот придурок просто ляпнул сгоряча.
«А я чуть не убила его за болтовню».
— Отпусти, мне больно, - попросила она, но серафим не сразу исполнил просьбу, а потом едва ли не своими руками поставил ее на ноги. Марори отодвинулась, когда Ти’аль попытался проверить, все ли кости у нее целы. – Спасибо, что не дал мне сорваться.
