Каждый ствол «дерева» на уровне чуть выше человеческого роста начинал ветвиться и под потолком превращался в густейшую паутинную шапку, сраставшуюся с другими такими же. Изредка в этой «паутине» высверкивали желтые и оранжевые огоньки, некоторые из них мигали.
Ромашин равнодушно окинул взглядом «зимний заснеженный лес» – конечно, это был никакой не лес, а система эффекторов комплекса моделирования, снабженная тысячами датчиков системы измерения, – и прошел к свободному пространству в центре лаборатории.
У стены за «кустами» конформных аппаратных стоек он увидел краешек пульта, почти скрытого широкими спинами работников лаборатории; мужчины были одеты в синие полукомби, женщины – в белые халаты.
Еще трое мужчин стояли у неподвижного «черного человека» и спорили. Шум в лаборатории стоял изрядный.
Игнат кашлянул.
Мужчины оглянулись. Один из них, толстый, с короткой шеей и лысиной на полчерепа, шагнул навстречу:
– Ромашин? Мне передали, что вы звонили утром. Коллеги, потише, пожалуйста… Извините, со временем у меня туго.
– У меня тоже.
– Прекрасно, пару минут можем поговорить. Идемте в совещальник. – Толстяк махнул рукой собеседникам. – Не меняйте условий, я сейчас вернусь.
Он открыл незаметную дверь в стене справа и вошел первым.
«Совещальник» оказался рабочим кабинетом заведующего лабораторией, оборудованным по последнему слову оргтехники и эргономики. Видеопласт кабинета показывал пейзаж Орилоуха: пляж, усыпанный крупными кристалликами соли, черная лента «реки» – реки на Орилоухе были асфальтовыми, – испещренная голубыми трещинами стена льда за рекой и несколько пушистых белых шаров, плавающих в воздухе.
– Проходите, – махнул рукой хозяин. Короткая бородка а-ля варяг не могла скрыть два его подбородка и выглядела приклеенной, как деталь маски. – Я Герхард Маттер, ксеноэксперт, исполняю обязанности заведующего лабораторией, сам он находится в данный момент в Горловине «серой дыры». Итак, слушаю. Что вас интересует? Кстати, как вас звать?
– Игнат, – подал руку Ромашин, сел, кивнул на видеопласт.
– Давно занимаетесь Орилоухом?
– Второй год. Бездна интересного! Можно работать по Орилоуху всю жизнь и все равно до конца не размотать этот клубок тайн и загадок.
– Но сейчас вы, насколько я знаю, работаете с Маатом.
Маттер пожал круглыми плечами:
– Не с Маатом, а с маатанином. Лаборатории дали задание проанализировать информацию, полученную разведчиками на Маате. Тоже, скажу я вам, масса непонятного и загадочного.
