Солнечные лучи создавали на воде непередаваемую игру света, и в то же время мягко прогревали уставшие от сырости кости.
Я развалился на корме, прикрыл глаза и полностью отдался движению, ощущению тепла на коже и йодистым запахам водорослей и соли.
Удивительно: ветер, бьющий в корму с силой парового молота, над самим судном превращался в лёгкий бриз. Это было дело рук Фудзи: поднявшись на крышу рубки, он стоял там во весь рост и постоянно двигал руками в медленном завораживающем ритме.
Иногда казалось, что в просвете его рук появляется голубая, наполненная светом сфера, которую он то сжимал, то растягивал — словно месил тесто.
Я лениво наблюдал за его движениями, иногда проваливаясь в подобие дрёмы, или точнее сказать, умиротворённого созерцания. И мог видеть исходящий от бортов свет — радужное сияние, результат наших совместных действий.
За этим приятным и ленивым занятием я не сразу заметил, что движения Фудзи изменились. Они стали более судорожными, дёргаными, и — как ни удивительно, более сосредоточенными.
Ветер внезапно засвистел в ушах. Он был таким сильным, что грозил сорвать волосы с головы. По Кобаяши Мару пошел ровный нарастающий гул: все канаты, каждая гайка и заклёпка, всё, что не было плотно прикручено или приклеено, начали вибрировать в ритме нарастающего ветра.
Из рубки показалась Белый Лотос. В три прыжка она преодолела лесенку, ведущую на крышу, и присоединилась к Фудзи. Взгляды их были направлены в ту сторону, где, предположительно, был берег Корё…
Усилившийся ветер мгновенно выдул из моего тела всю истому, всю лень, и наполнил мысли тревогой и раздражением.
Застегнув ветровку на все пуговицы, я с опаской поднялся к друзьям, на крышу рубки. Было страшно: судно неслось по волнам со всё возрастающей скоростью. Казалось, я нахожусь на крыше скоростного синкансэна, мчащегося без остановок в сине-голубую даль."
"Взобравшись на крышу рубки, я мысленно застонал: там была ещё одна пристройка, метра два высотой. Так вот: Белый Лотос и Фудзи находились на ней. Сцепив зубы, я тоже полез по лесенке.
Площадка наверху была совсем крошечная, не больше квадратного метра. Когда я поднялся, друзьям пришлось потесниться.
Единственное утешение: её огораживали перильца на уровне пояса. Ничего особенного, но какое-то успокоение они давали.
— Что случилось? — спросил я. — Почему мы несёмся, как сумасшедшие?
Фудзи молча указал на горизонт. Там реяло несколько чёрных точек, которые быстро приближались.
Мне показалось, это какие-то крупные птицы.
