В конце концов Родгар покинул опечаленных родственников погибшего, немного утешив их тем, что Томас вел себя очень храбро и умер без мучений. Они также узнали, что Элла с детьми останутся жить в отведенном семье Томаса домике, имея приличное содержание. Это, конечно, не могло заменить им тяжелую утрату, но что поделаешь, ведь он не Бог. Не все подвластно Маллорену. Маркиз объехал на лошади конюшни, миновал огороды и оказался перед огромным великолепным домом, который вдруг показался ему холодным и пустым.
Что он будет делать здесь один всю оставшуюся жизнь? Коллекционировать англосаксонские древности и разбирать жалобы и прощения? А может быть, большую часть времени будет проводить в Лондоне, пытаясь улучшить шаткую политическую систему страны, и угождать молодому монарху?"
"Глядя на ряды сверкающих на солнце окон.
Родгар понял, чего он желал больше всего. Он хотел жить здесь, создать семью и снова наполнить этот дом счастливым детским смехом.
Но нет.
Эта блажь скоро пройдет, и он полностью отдастся государственным делам.
Его неожиданный приезд в Эбби вызвал оживление, и, как всегда, нашлось много дел, не терпящих отлагательства. Доктор Маршалл, хранитель музея англосаксонского искусства, хотел обсудить с ним новые приобретения. Управляющий намеревался пересмотреть вместе с ним ранее намеченные дела и пытался представить чертежи, подготовленные для строительства новых конюшен. Родгар отмахнулся от чертежей и слегка пожалел об этом, но только слегка. Все это пустая трата времени. Элф вполне могла бы управиться с обыденными хлопотами.
Как не хватает ему сестры!
Родгар усмехнулся, подумав, что на самом деле ему нужна жена. Но поскольку он не собирался жениться, кто-то все-таки должен заниматься поместьем в качестве хозяйки. Родгар составил короткий список старых дев и вдов среди своих родственниц, которые могли бы занять эту должность. Это было практичное решение, укрепившее его стремление ничего существенно не менять в своей жизни.
Однако вопреки желанию его мысли вновь вернулись к леди Аррадейл и к решению короля непременно выдать ее замуж.
Здравый смысл подсказывал, что по прошествии столь короткого времени ее не могли насильно повести к алтарю, но он вдруг почувствовал нестерпимое желание быть рядом с Дианой.
Маркиз взглянул в окно. Солнце уже касалось верхушек деревьев, и мысль о том, чтобы провести еще три часа в седле, вызвала у него стон.
И все же Родгар приказал седлать свежих лошадей и наскоро приготовить легкую еду, но вдруг заколебался.
