Мальчик снова повернулся и начал одновременно бить в барабан, притопывать ногой и двигаться в такт музыке. Время от времени он отрывал глаза от барабана и посматривал на зрителей, как бы оценивая их впечатление.
Внезапно раздался какой-то звон, и одна его рука безжизненно повисла, тогда как другая продолжала стучать по барабану.
— О!.. — в один голос воскликнули все трое ребятишек.
Диана тут же выключила механизм, и фигура замерла, глядя на нее как бы с упреком.
— Вот те на, — сказала Диана.
— Что-то сломалось, — послышался сзади голос, и, обернувшись, она увидела в дверях маркиза.
— Неразумно запускать такое устройство без проверки, леди Аррадейл.
Он подошел поближе и коснулся волнистых волос барабанщика.
— Бедняжка. — Затем провел пальцем по бездействующей руке, потрогал голубой костюмчик и приподнял курточку. — Если позволите, мой отважный малыш.
Кто-то из детей хихикнул, но все они придвинулись поближе, с любопытством глядя на сложное соединение стерженьков и колесиков, которые уходили в подставку, где размещался основной механизм.
Один из стерженьков свободно болтался.
— Это не слишком серьезная поломка, — сказал маркиз, глядя только на детей, но не на Диану. — Однако его не следует снова запускать, пока не будет произведен ремонт и тщательная проверка. Прекрасная игрушка, миледи. Наверное, сделана Вокансоном?
— Не знаю. Это подарок отца на мой день рождения в шесть лет. Я даже не знала, здесь ли она сейчас находится. — Диана повернулась к Элеоноре:
— Можешь развернуть другую игрушку, дорогая.
Элеонора тотчас раскрыла маленький кукольный театр с марионетками, и дети занялись новой игрой. Диана вновь повернулась к маркизу, пожалев — но только лишь на мгновение, — что на ней простое платье. Какие глупости!
— Вы хотели поговорить со мной, милорд?
— Я пришел навестить детей.
Теперь Диана порадовалась, что не надела другое платье.
Маркиз снова повернулся к заводной игрушке:
— Любопытная вещь, и, несомненно, дорогая. Почему же она стоит здесь заброшенная?
— Понятия не имею.
Я забавлялась этой игрушкой, но чего-то в ней не хватало, поэтому, когда она исчезла, я не стала расспрашивать о ней. Вспоминая прошлое, — добавила Диана, — думаю, моей матери она тоже не нравилась.
— Мне понятно почему.
Диана встала рядом с ним, чтобы посмотреть на вещь под тем же углом, но не заметила ничего необычного.
— Почему же?
Он посмотрел на нее.
— Потому что это мальчик.
Диана вновь внимательно посмотрела на невинную игрушку.
