Не столько просьба, сколько вызов. Даже, может быть, в какой-то степени наказание за ее вмешательство в его любовные дела с француженкой.
С большой неохотой она высвободила свою ногу из его ласковых рук и выпрямилась на диване.
— Не думаю.
— Я тоже так считаю.
Диана допила свой коньяк и встала.
— Зачем вы это сделали? — не удержалась она от вопроса.
Маркиз, нарушая этикет, продолжал сидеть.
— Чтобы удовлетворить ваше такое очевидное любопытство."
"— Да, я действительно испытываю любопытство, — сказала она зардевшись.
— Любопытство является одним из пороков, а излишняя осведомленность может погубить.
— Разве мы должны чего-то бояться? Маркиз тоже встал.
— Некоторые вещи представляют слишком серьезную опасность, чтобы играть с ними. А вы, моя дорогая, рискуете. — Он взял ее руку и поцеловал. — Спокойной ночи, леди Аррадейл. Завтра мы уезжаем рано утром.
Глава 12
На следующее утро Диана спустилась к завтраку с некоторым волнением, однако маркиз вел себя исключительно корректно.
На завтрак подали яйца и превосходную ветчину, и лорд Родгар почтительно ухаживал за Дианой, как за аристократкой, которую он чинно сопровождал в Лондон. Легкая, ничего не значащая беседа снова выглядела как тщательно выстроенная преграда между ними.
Вскоре появился слуга маркиза Фетлер.
— В чем дело? — спросил маркиз.
— Я по поводу французской четы, милорд. Они уехали ночью.
Лорд Родгар удивленно приподнял брови:
— Не заплатив по счету? Как неприлично.
— Что касается платы, милорд, — сказал Фетлер, — то они оставили соответствующую сумму. А также кровавые следы на полу своей комнаты. И еще, — добавил он, — слуга, находившийся поблизости, слышал из их комнаты пронзительный визг, а потом крик.
— Женский визг, а затем мужской крик? — спросила Диана. «По-видимому, сначала была убита француженка, а затем ее муж», — подумала она, потрясенная.
Слуга повернулся к ней.
— Именно так, миледи.
— Кто-нибудь видел, что они действительно уехали? — спросила Диана.
— О да, миледи. Они разбудили грума, чтобы тот оседлал лошадей. С ним они и передали деньги за проживание, иначе он не отпустил бы их.
— У них были ранения? — продолжала допытываться Диана, чувствуя облегчение. Она бросила беглый взгляд на маркиза и увидела усмешку на его лице.
— Конюх не уверен, миледи, но ему показалось, что месье де Кориак придерживал свою руку, а у леди была отметина на лице.
