– Я чуть все руки себе не пообрывал. Вы предложили, я согласился. Тысяча рублей – телега моя и мешок с веревкой впридачу.
– Нет, мне не жалко, конечно, – профессор-пенсионер снял панаму и почесал загорелую лысину, – но ведь не стоит она таких денег, сам понимаешь. Хотя, – он снова хитро прищурился, – цена и стоимость – понятия разные. Стоимость твоего труда по переноске коробки выше цены разболтанной тележки, значит, покупка для тебя выгодна. В таком случае, рад буду услужить."
"Облегченно вздохнув, Славка повернулся к коробке, загородившись от деда спиной, вытащил из внутреннего кармана нож и прорезал скотч, державший края картонных крышек.
Протиснул руку в проделанную короткую щель и нащупал тугую денежную пачку. Коробка оказалась наполненной почти до верха. С трудом протащил пачку наружу. Это были купюры по пятьдесят рублей, стянутые резинкой. Славка отсчитал двадцать бумажек и протянул деду.
Тот одобрительно крякнул и принялся отвязывать мешок. Внутри оказался рюкзачок, судя по виду, с картошкой.
Славка подхватил его и помог деду надеть лямки.
– Спасибо, молодой человек, за помощь, – кивнул дедок, – за денежки не благодарю, вам их, похоже, и так девать некуда. А я сейчас метров двести пройду, тут на Куйбышева есть магазин, ""Турист"" называется, куплю себе новую колымажку, покрепче. И запомните: стоимость – есть эквивалент затрат на приобретение данного блага за счет отказа от других. Я достаточно ясно выражаюсь?
– Ясно, – кивнул Славка, – купил одно, останешься без другого.
Ладно, бывайте здоровы.
Он натянул на коробку пыльный картофельный мешок, поставил на жалобно скрипнувшую тележку и плотно притянул веревками. Выдвижная ручка оказалась коротковата, ведь дедок подгонял её под свой рост. Славка вытащил её на максимальную длину и зажал винтами. Минут двадцать после этого он ещё посидел на скамейке, подождав, пока пройдет ещё одна электричка и перрон почти опустеет. Вроде, все, кто видел его с коробкой и без тележки, разошлись и уехали, даже двое пацанов с пешеходного моста, наплевавшись вдосталь, тоже исчезли.
Славка не торопясь двинулся со станции, волоча за собой тележку. Под непосильным грузом металлические прутки конструкции поскрипывали, а пластиковые колесики, колдыбаясь вкривь и вкось, через каждый метр взвизгивали, как озябшие щенки. Можно было прямиком выйти на улицу Куйбышева, по ней до Шарташского рынка и сесть на автобус. Или переулком до Сибирского тракта, там тоже есть остановки.
