– Должны же эти уроды когда-нибудь понять, что я свою войну закончил. Мне от них ничего больше не надо. Подлечусь немного, да и уеду куда-нибудь. У меня же полно друзей по разным городам. Помогут устроиться, я непритязательный. Главное, чтобы работа была и где потренироваться.
– Здравая мысль, – одобрила Виолетта такое решение, – тем более, что вдруг у наших экспертов что-нибудь всплывет, и тебя уже нам придется искать. Сейчас, кстати, ты где живешь?
– А это уже бестактность, – взгляд его похолодел.
– Какая разница где?
– Извини, действительно бестактность, – смутилась Виолетта. – Просто, может, я могу тебе как-то помочь, я же твой должник.
– Да? – Славка окинул её внимательным заинтересованным взглядом, так что Виолетта, смутившись, поправила пальто, чтоб коленки не торчали. – И ты решила этот долг вернуть? А нельзя подождать, пока проценты набегут побольше?
Она со вздохом отвернулась. Разговор не получался.
В сущности, а чего она ожидала? Что Пермяков расплачется у неё на плече и повинится в совершенных убийствах? Так она сама отдала ему весь собранный компромат. Да и не хочет она, чтобы его посадили. И не только потому, что он её спас, а просто это было бы несправедливо. Конечно, он преступил закон, но исключительно потому, что сам закон оказался бессилен. И альпинист в этом не виноват. Виноваты те, кто этот закон олицетворяет и исполняет.
А раз так, то нет у них морального права осуждать и преследовать его, выполнявшего их работу, хоть они о том и не просили.
Она поднялась с лавочки, машинально одернула и отряхнула свое небогатое пальтецо. Все, что намечала, выполнила. Дальнейшее пребывание на кладбище не имело смысла. Да она и не собиралась устанавливать каких-то отношений, дружить, что ли. Виолетта вырвала из записной книжки листочек и быстро набросала карандашом несколько цифр, протянула Славке.
"
"– Возьми, это мой рабочий телефон. Домашнего, к сожалению, нет, а общежитский давать бесполезно, никто с вахты не побежит сообщать, что мне звонят. Короче, если вдруг возникнут какие-то проблемы или вопросы, звони. Постараюсь помочь.
С кладбища они ушли вместе. Девушка поддерживала тяжело ступающего Славку под локоть, и, надо сказать, вдвоем они смотрелись неплохо.
Екатеринбург
1997, 2002."
