Славка испугался, что тот не двинется дальше, справит нужду прямо где стоит. Он дернулся вперед, но тросик его не пустил. Славка чертыхнулся. Шаги замерли.
– Кто тут еще? – грубо крикнул рэкетир, словно заpанее запугивая невидимого пpотивника.
– Иди да посмотри, – так же нахально-грубо ответил Славка.
– Охрененно бурой, что ли? – тут же полез в бутылку парень. Наверное, у него уже выработался рефлекс бросаться на всякого, кто не угодит словом или взглядом.
Он двинулся на Славку, щелкая на ходу зажигалкой, но пламя гасло.
Когда же зажглось, то он увидел у своего лица блестящее лезвие ножа. Оно плашмя скользнуло под подбородок и замерло, прижатое, холодя кожу. Парень тоже сразу похолодел и расширенными глазами уставился на фигуру, по самую макушку одетую в черное.
– Горло перережу, только дернись, – пообещал Славка и дунул на пламя зажигалки. – А сейчас аккуратненько, тихонько ложись на землю. Давай, давай.
И он осторожно попинал парня по ноге, чтоб тот очнулся. Парень медленно встал на четвереньки.
Похоже, первый шок у него прошел, потому что он вдруг подал голос:
– Эй, ты чего? Чего тебе надо? – Ответа не дождался и угрожающим тоном продолжил: – Смотри, на кого лезешь. Мы весь район держим.
Славка вынул из кармана кусок парашютного стропа, завязанный в кольцо, мгновенно свернул петлю, на профессиональном языке моряков и альпинистов именуемую ""скользящая глухая"", и набросил на ноги рэкетиру. Рывком затянул и закрепил у себя на гpудной обвязке за карабин. Парень ткнулся носом в землю, пропитанную мочой.
Славка одной рукой достал полоску пластыря, наклеенную на кусочек скользкого целлофана, зацепил зубами и потянул, отдирая. Нож он убрал обратно в ножны под комбез, освободив руки, и сразу залепил парню рот. Ногой надавил на спину, чтобы тот не рыпался. Включил подъемник и через несколько секунд ощутил легкий рывок. Его потянуло вверх, а вместе с ним и парня, привязанного за ноги. Тот испуганно хватался за землю и извивался, но преодолеть слепую механическую силу не мог.
Славка пнул его по ногам и скомандовал:
– А ну, не дергаться, тварь!
Рэкетира сковал ужас. Неведомая сила подняла его в воздух и возносила все выше. Ногтями он царапал проплывающую мимо стену и, наверное, заорал бы, если бы рот не был заклеен. А когда далеко внизу он вдруг увидел свет уличных фонарей, страх высоты и неизвестности парализовал его волю и тело до такой степени, что парень обмочился. В положении вверх ногами голова оказывается внизу.
