Протянула руку под деревянный «язык» и достала оттуда…
Кукла? Нахмурилась, разглядывая. Какая-то она странная. Сделана из куска ткани, перевязанного дважды — вот и получилась голова и туловище. Такие раньше были в ходу, до появления тех, что выглядели, как живые. А у этой даже глаза-пуговицы отсутствовали. Только на макушке был пришпилен клок ярко-рыжей пакли.
Что она здесь делает? Странно как-то. Не похоже, что кукла пролежала тут долго, она совсем новая на вид, будто несколько недель назад сделана.
Я вдруг сопоставила — как раз тогда приехала сюда. И что? Совпадение и только.
— Нашла! — детский торжествующий голосок отвлек меня.
— Это та самая кукла? — спросила я, подойдя к девочке, которая прижимала к груди игрушку.
Она закивала, счастливо улыбаясь.
— Ну, и отлично, пойдем тогда, — сунула в карман ту, тряпичную, что нашла под доской, и снова взяла кроху за лапку. — Осторожнее, ладно? Спускаться всегда тяжелее, чем подниматься.
* * *Но, как выяснилось вскоре, я не за того ребенка переживала.
Уже стемнело, а Том так и не появился. Накинув шаль, вышла на крыльцо. Где носит этого свинтуса? Воспользовался тем, что отец в город укатил, и совсем совесть потерял? Мал еще, чтобы домой ночью возвращаться!
— А что это вы зубами скрипите? — осведомился дед Тит, подойдя ко мне.
— За Тома волнуюсь, темно ведь уже.
— Да было бы, из-за чего переживать, — тот махнул рукой. — Этот шилозадый загулял где-то, дело молодое.
Наверняка с пацанами носится по полям.
Я вспомнила о братьях Уолтерсонах, о Дженни, их сестре, к которой неравнодушен сын Янура, и зашагала к конюшне, где давно прохлаждался без дела мой конь Вредина.
— Застоялся? — погладила вороного по мягкой морде. — Вот заодно и разомнешься.
Быстро седлав его, села в седло и выехала из поместья Редроузов. Закат уже закончил ежевечернее представление, раскрашивающее небо багровыми щедрыми мазками, и, не дождавшись аплодисментов, обиженно задернул занавес, отдав небосвод на откуп темнеющей на глазах синеве.
Серые языки тумана вовсю лизали землю, как псы после гона на охоте, хватающие пастью снег. Прохлада щупальцами заползала под одежду, а воздух обжигал нос. Ночь будет холодной. Где Тома носит?! Я пришпорила Вредину, и тот рад был сорваться в галоп.
Довольно быстро он донес меня до дома Уолтерсонов. В темноте не смогла его разглядеть, да мне и не до того было.
