Он хлопает ресницами на мое пафосное высказывание, затем, решив , видно, не переспрашивать, важно кивает:
— И я о том же, дохуища камней и деревьев, — и топает дальше по дорожке.
— Вот и поговорили.
Совсем скоро я слышу стук топора. Дорожка становится шире, между елей появляется просвет. Всё меньше кругом снега, потому что высокие деревья остаются позади. Мы выходим на открытое место.
Солнце заливает пожухлую прошлогоднюю траву на поляне, через которую пробивается новая, сочная, с насыщенным изумрудным цветом.
Воздух тоже меняется.
Только выхожу из тени на открытую местность и тут же начинаю согреваться, настолько серьезная разница в температуре.
От леса убегает вверх холм, на нём стоит бревенчатый дом в два этажа. Около него - машина и трактор. Справа - лес глухой стеной. Слева - речка, наполовину открываясь ото льда. Это не то место, по которому мы добрались сюда, речка здесь скорее похожа на ручей, на пологом берегу стоит баня.
Пасутся серые козы вдали, нам навстречу бежит невысокая пушистая белая в чёрные пятна собака, накручивая своим хвостом круги, прижимает уши.
В лицо неожиданно дует холодный ветерок. Видимо от реки идет холод. Вообще, такая странная немного непривычная для меня атмосфера жары солнца, пропитанной арктическим холодком. В лесу не так, там постоянная прохлада.
Очень необычно всё. И очень интересно.
Пока лесной неандерталец обнимаеся с весёлым псом, я оглядываюсь.
Шагах в десяти стоит Кирилл.
В брюках и легкой футболке.
Очень залипательно выглядит, кстати, особенно с топором в руках. Такой плохой, мрачный парень, который запросто может и в морду противнику дать, и женщину без разговоров трахнуть у ближайшей елки.
Черт… И почему это меня заводит?
И вообще…
Я же не просто так сюда пришла… Его искать, дура мягкотелая.
Нашла вот.
Смотрю.
И он на меня смотрит. Ни шага ближе не делает, стоит себе, осматривает хмуро, потом разворачивается к Юрию.
— Где ты её нашёл? — едко спрашивает он у брата, не смотря больше на меня и лениво оглядывая ветки поваленной елки.
— Орала, что уши глохли, — в такой же ехидной манере отзывается лесник. — Рысь на неё упала, похоже, дедовской шапке каюк.
— А рысь-то где?
— Ведьмы испугалась, — хохотнул мужик.
— Марта Николаевна, ну зачем вы из дома вышли, зверей пугать.
Ах, ты скотина…
Я начинаю краснеть, немного даже задыхаюсь от гнева.
