Оливия шумно вздохнула, мой взгляд опустился на вздымающуюся грудь, безупречность которой манила. Мне так хотелось сорвать с нее платье, увидеть все ее великолепие, втянуть в рот эти чертовски идеальные соски. Чтобы не совершить ничего слишком безумного, я впился в губы девушки поцелуем. Она приоткрыла рот и впустила меня внутрь. Я застонал, наконец вновь почувствовав ее вкус. Мой язык исследовал рот Оливии, что отчаянно хотел сделать и мой член с ее влагалищем.
Я чувствовал себя одурманенным одним лишь поцелуем, тихими стонами, рвущимися из груди, и тем, как она тянула меня за рубашку, словно близость нужна была ей так же сильно, как и мне.
Она провела руками по моей шее и плечам, и я вздрогнул, задаваясь вопросом, как жил без этого столько месяцев.
Моя ладонь скользнула под ее платье – и я провел пальцами по шву уже мокрого нижнего белья.
Черт… Она была идеальна – так сильно текла, что, уверен, будь мой член внутри, влага капала бы на яйца.
Поддев кромку трусов, я оказался внутри. Она судорожно выдохнула, и мои губы поймали ее стон.
– Твоя чертовски мокрая, идеальная вагина, – в перерыве между пьянящими поцелуями сказал я. – Ты течешь от меня, ангел. Невероятно течеееешь.
Я ласкал то самое место внутри, которое сводило ее с ума той ночью, массировал клитор большим пальцем, пока все ее тело не затряслось. Она сжалась на моих пальцах, когда кончала, и прикусила мою нижнюю губу, чтобы заглушить свои стоны.
Я почувствовал привкус крови, когда отстранился, мои пальцы все еще двигались внутри нее.
Глаза расширились, ее рука шокировано потянулась ко рту.
– Мне… мне так жаль, – пробормотала она.
– А мне нет, – прорычал я и вновь поцеловал ее, посасывая язык, чтобы она смогла почувствовать вкус моей крови. Конечно, я не чертов вампир, но было что-то такое в наличии части меня внутри нее.
Мои пальцы, мой член, моя сперма, моя кровь… мой ребенок. Я ужасно нуждался во всем этом.
Я не лгал Ари и Линку. Я стану папой. Если трюк, который мне удалось провернуть в нашу единственную ночь, не сработает, я вновь наполню Оливию своей спермой, пока в ее животе не появится наш ребенок.
– Мы не должны этого делать, – выдохнула она, извиваясь от моих ласк в предвкушении нового оргазма."
"– Я не могу придумать ни одной причины этого не делать, Оливия, – сказал я, благоговейно смотря на нее кончающую… в ту же секунду. Как будто ее настоящее имя было волшебным паролем к влагалищу.
Волшебный пароль к влагалищу. Кажется, это так.
