Я неохотно убрал пальцы, желая заменить их своим членом. У меня было достаточно серого вещества в голове, чтобы понять, что это не лучшая идея.
– Ты знаешь мое имя, – прошептала она, ее лицо побледнело.
Не отрывая от нее глаз, я растер сперму по нижней губе девушки и запечатал ее вкус еще одним поцелуем.
Вкусно.
Но, черт… мой член болел.
– Теперь я знаю твое имя… Пришлось выяснить, когда ты ушла… и мне оно нравится, – наконец пробормотал я, наблюдая за тем, как в золотистых глазах вспыхнул огонек. – Гораздо больше, чем Вайолет.
Хотя я не против, чтобы ты так представлялась всем парням, пытающимся залезть тебе в штаны…
– А ты не такой? – сухо спросила она.
– Ммм. Точно нет. Только если мы не говорим про ролевые игры, в постели я могу быть для тебя даже таким. Твое желание для меня закон, детка.
Она смотрела на меня несколько секунд, а потом из ее рта вырвался нервный смешок.
Такая милая.
– Все в порядке… – наконец сказала она. – Не думаю, что такие парни – это те, кого я хочу видеть в своей постели… лучше хоккеисты? – Оливия снова хихикнула.
Я фыркнул, чувствуя, как влюбляюсь в нее еще сильнее. Моя девушка была немного банальной. И мне это нравилось.
Она легко пихнула меня в грудь, и это мне не понравилось.
– Но мы действительно не можем этого сделать. Ты знаешь мое имя, так что, вероятно, узнал и то, что моя жизнь… сложная. Я здесь только ради Харли и Мэдди, а потом вернусь домой, – она протороторила последнюю часть так быстро, будто не могла больше держать эти слова внутри себя.
Оливия сделала глубокий, прерывистый вдох. – Но… поверь мне… я делаю тебе одолжение. Тебе не нужно ничего из этого, – сказала она, указав на себя, слезы тут же навернулись на глаза.
– Мы поговорим об этом твоем заявлении позже, – сказал я, услышав разговоры и смех людей, вошедших с улицы, – как они вообще смеют прерывать этот момент. Мы флиртовали, черт возьми.
Я наклонился и прижался своим лбом к ее, просто желая прикоснуться к Оливии. Как объяснить той, кто тебя совсем не знает, что я дышу ради нее? Что кровь в моих венах течет благодаря каждому удару ее сердца, и что в одном лишь присутствии с ней рядом заключен весь смысл моего существования.
Особенно, если сам пытаюсь понять, почему все это происходит?
Но это не сегодняшняя проблема.
Сегодня вечером я собирался напомнить ей, что мое тело может сделать для нее. Затем начну работать над сердцем.
– У меня есть что сказать на этот счет, но сейчас просто знай… Меня это не волнует.
