Я почесала его за ушами и слабо улыбнулась, как обычно благодарная за неизменное присутствие.
Но никакое количество привязанности пушистого друга не могло остановить неослабевающую тревогу, грызущую меня изнутри. Сомнения терзали разум, коварно нашептывая, что я собираюсь все испортить.
А к тому же на тумбочке стояла коробка из-под пиццы. Я сошла с ума и съела ее вчера вечером с Ари. Я все еще чувствовала, как жирные ломтики с начинкой из сыра бурлят в желудке.
Я стояла перед зеркалом, ненавидя каждую частичку себя, изучая отражение.
Мягкий утренний свет просачивался сквозь занавески, бросая резкий свет на мои черты. Голос в голове этим утром звучал громче, вызывая лавину неуверенности и ненависти к себе.
Глаза заскользили по линиям тела, задержавшись на тех местах, где я чувствовала себя наиболее неуверенно. Я начала терять контроль, презирая каждый изгиб, каждое несовершенство, каждый грамм жира на своем теле.
Чувство вины, охватившее меня, было чертовски знакомым. Первые проблемы с… питанием у меня появились, когда я начала жить с Шепфилдами.
Мора внимательно следила за моим весом, взвешивала еду и ограничивала меня в ее потреблении, чтобы я выглядела именно так, как она хотела. Мора воспитала меня на мысли о том, что еда – это враг. Но врага я могла победить, пока была дисциплинирована.
Часть меня знала, что эти мысли неправильны. Но другая часть, та, что проклинала меня за то, что я осмелилась съесть кусочек пиццы перед такой важной работой… была намного громче.
На глаза навернулись слезы, и я сморгнула их, не желая, чтобы они пролились.
Я могу контролировать мысли. Я могу. Я повернулась боком, изучая свой профиль. Пальцы очертили контур ребер – ритуальный жест, который придал извращенное чувство уверенности. Кости под кожей были одной из точек моего самоконтроля, свидетельством дисциплины, которую я для себя выработала.
Без предупреждения я сорвалась с места и бросилась в ванную, Уалдо следовал за мной по пятам. Я уставилась на унитаз, пытаясь уговорить себя не блевать.
Это не сработало. Я вцепилась в унитаз, мысли закручивались хаотичным вихрем."
"Двадцать минут спустя я неуверенно поднялась на ноги и прополоскала рот.
Уалдо посмотрел на меня снизу вверх, его глаза были полны беспокойства, и я погладила пса по голове, пытаясь утешить.
Дрожащими ладонями я обняла себя и попыталась взять себя в руки.
Хуже всего то, что я не только не почувствовала себя похудевшей… но теперь меня тошнило.
