Мы подъехали к дому, и Ари проводил меня до входной двери. В мягком свете фонаря мы стояли там, на крыльце, и смотрели друг на друга взглядами, полными желания и, в то же время, робости.
Он наклонился, губы дразняще приблизились к моим, и предвкушение разлилось в воздухе разряженным током. Наши губы наконец встретились – наэлектризованный поцелуй слил нас в страстном желании, от которого перехватывало дыхание. Я отчаянно хотела большего. Он крепко прижался ко мне, как будто пытался запечатлеть собственное присутствие на моих губах.
Чтобы я не забыла, что мы сделали сегодня вечером.
Мир исчез, и остались только мы с Ари, опутанные паутиной желания. Я сдалась в плен его обаянию. Поцелуй углубился, языки сплелись в чувственном танце, от которого по всему телу прокатились волны удовольствия.
– Завтра, – наконец прошептал он с ноткой неуверенности в голосе.
Я кивнула. Сердце бешено заколотилось в груди, стоило мне переступить порог квартиры.
Я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной.
Его вкус все еще ощущался на губах.
Вздохнув, я направилась в спальню, где на кровати лежал Уалдо. Он поднялся, высунул язык и стал взволнованно пыхтеть. Я села на кровать рядом с ним и зарылась лицом в мягкую шерсть, ища в пушистом друге утешение и поддержку. Наконец, я достала телефон.
Дрожащие пальцы зависли над ним – с его помощью я могла сейчас одновременно и освободиться, и разбить себе сердце.
Но это нужно было сделать, – и мне хотелось это сделать. Я могла в эту секунду одним движением положить всему конец.
Могла бы позвонить Кларку и разорвать связь, которая так долго держала нас вместе, разрушить то, что мы построили, и что я уже разрушила этой ночью безвозвратно.
Но как только стала набирать его номер, сердце бешено заколотилось в груди. Я так сильно сожалела о том, что сделала. Не об Ари. Я сожалела о том, что не смогла немного подождать.
В трубке послышались протяжные гудки – каждый из них был болезненным напоминанием о том, что я должна была сейчас сделать.
Как будто вселенная пыталась продлить мою агонию, заставляла ждать неизбежного.
А затем, без предупреждения, звонок резко оборвался, как будто Кларк сбросил его, даже не ответив. В каком-то смысле казалось правильным, что наши отношения закончатся вот так – слова останутся невысказанными и судьба нашей пары лишится какого-либо логического завершения.
Потерпевшая неудачу со звонком, я перешла к следующему варианту.
