На вечеринке…
Махнув рукой в сторону дома, она еще раз попыталась все объяснить:
— У меня разболелась голова, я вышла подышать воздухом, а заодно немного прогуляться… — Ее взгляд скользнул по распростертому телу, и она сделала судорожный глоток. — А потом я обнаружила его…
Раскин угрожал ей, ее планам, будущему ее родных. Он ее шантажировал — и вот теперь лежит перед ней мертвый. Кровь сочилась из раны, образуя черную лужу; его кровь была на кинжале, который находился в руке незнакомца. Все это просто не укладывалось у нее в голове.
Из задумчивости ее вывел голос незнакомого джентльмена, так неожиданно пришедшего ей на помощь. Поднявшись, незнакомец спросил:
— Возможно, вы видели, как кто-то уходил отсюда?.. Алисия удивленно посмотрела на него:
— Нет, никого не видела… — Она огляделась вокруг и только в этот момент поняла, что в саду стоит мертвая тишина. И тут же она, почувствовав внезапную панику, резко повернулась к незнакомцу.
— О нет, сэр, я не убивала его!
Вместо ответа незнакомец еще раз взглянул на труп, затем на Алисию и, наконец, махнул рукой в сторону дома:
— Пойдемте.
Надо им все рассказать.
Но Алисия даже не двинулась с места и лишь недоуменно моргала глазами. Тогда он взял ее за локоть, и она без всякого сопротивления позволила отвести себя на террасу. При этом она еле-еле передвигала ноги, так что Тони почти тащил ее.
— Вы не знаете, у этого Раскина была жена? Он почувствовал, как она вздрогнула.
— По-моему, нет… — Ее лицо еще больше побледнело. Он молился, чтобы она не лишилась чувств, по крайней мере до тех пор, пока они не войдут в дом.
Если он явится на вечеринку со стороны террасы с потерявшей сознание женщиной на руках, то это наделает даже еще больше шума, чем само убийство.
Дверь на террасу была открыта, так что они вошли внутрь, не привлекая к себе особого внимания. Только здесь, при полном освещении, Тони смог, наконец, как следует изучить черты ее лица. Она была выше среднего роста; ее блестящие темные волосы, уложенные кольцами на макушке, открывали взору тонкий изгиб шеи и прекрасные плечи; изящный прямой нос, чуть-чуть широковатый рот и полные, соблазнительные губы делали ее лицо настолько привлекательным, что ему вдруг захотелось крепко прижать ее к себе…
Она посмотрела на него своими огромными зеленовато-карими глазами, и Тони понял, что опасность обморока миновала.
Отыскав взглядом, свободное кресло у стены, он подвел ее к нему, и она тут же с облегчением села.
— Мне нужно поговорить с дворецким леди Эмери.
