И вот, наконец, она вспыхнула, очутилась в самом сердце огненной пучины, и на какое-то мгновение для нее потеряло значение все, кроме этого могущественного ощущения торжества. Оно охватило Алисию со всех сторон, словно зажало в тиски, а затем она словно распалась на части, и торжественное чувство рассыпалось, растеклось по венам, растаяло под кожей, проникнув во все уголки тела, до самых кончиков пальцев.
Тони ликовал — он вкушал ее содрогания, ее экстаз, а когда она упала в изнеможении, прекратил ласки и поднял голову.
Преодолевая жестокое напряжение своего возбужденного тела, он окинул ее взглядом с головы до ног, потом поцеловал ее в живот и расправил сорочку.
«В следующий раз — точно», — твердо пообещал он себе.
Приподнявшись, Тони прополз вперед и лег рядом с ней, опершись на локоть. Потом он положил руку ей на грудь и стал ждать ее пробуждения, чтобы поздравить с возвращением на землю.
Час спустя, когда все в доме уже давно спали, Алисия лежала в своей постели и пыталась понять, что же случилось.
В физическом плане все было ясно: хотя это и шокировало ее, она точно знала, что именно произошло, то есть как, чем и куда он прикасался.
Ее озадачивало другое — то, что она почувствовала какие-то соединявшие их узы, которые с каждым днем становились все прочнее, словно закалялись в огне вспыхнувшей между ними страсти. Принимая на себя роль вдовы и опытной женщины, каковой она на самом деле не являлась, Алисия даже не подозревала об их существовании.
Он согласился не спешить.
По его понятиям, так оно, вероятно, и было. И хотя теперь ей стало совершенно ясно, что они уже почти добрались до конечной станции, ее это почему-то не пугало. С самого начала на все его изощренные ласки она реагировала так, как подсказывал ей инстинкт; так что именно инстинкт, по-видимому, и привел ее к нынешнему состоянию. Одного она никак не могла понять — насколько это опасно? Повернувшись на бок, Алисия обеими руками крепко обхватила подушку и попыталась перестать думать о Тони, но чем больше она старалась направить свои мысли в другую сторону, тем сильнее росло ее желание.
Ей все больше казалось, что очарование, вызванное им, ныне превратилось в нечто гораздо более притягательное и могущественное.
На следующий день Тони приехал на бал к леди Арбетнот необычно рано и, не обращая ни на кого внимания, направился прямо к Алисии.
По правде говоря, он и в самом деле никого не замечал: все его мысли были полностью сосредоточены на ней.
