Кажется, теперь Алисия начала понимать его.
— Джек — человек надежный: мы можем на него полностью положиться.
Некоторое время она молчала, а затем спросила:
— Так это и была та срочная информация, о которой он сообщил тебе вчера вечером?
Тони кивнул:
— Он знал, что для меня это очень важно. Алисия опустила свои длинные ресницы.
— Я не могла тебе во всем признаться, потому что не имела права рисковать. — В ее тоне не было даже намека на извинение. Она просто высказала свою точку зрения на ситуацию.
Тони тяжело вздохнул и посмотрел куда-то вдаль невидящим взглядом. Конечно, теперь, учитывая все, что он знал о ней, об их совместном с Адрианой плане, о ее преданности своей сестре и братьям, он не мог винить ее в чем-либо — малейший намек на то, что она вовсе не вдова, за которую себя выдает, даже сейчас может привести к ее полному краху: у Адрианы не будет ни единого шанса найти себе хорошую партию, и обе они превратятся в парий высшего света, будут безжалостно изгнаны из него в свою глухую деревню, где им вместе с их братьями придется влачить жалкое существование…
Ее начало беспокоить его молчание, и она попыталась потихоньку выскользнуть из его объятий.
Но его мускулы напряглись и удержали ее на месте.
Алисия замерла; Тони вздохнул и, глядя на ее склоненную голову, произнес:
— Я все понимаю.
Она продолжала лежать, не поднимая головы; тогда он поцеловал ее в макушку и легонько толкнул. Алисия подняла голову и взглянула в черные глаза, которые обещали ей гораздо больше, чем просто понимание.
Они обещали ей безопасность, защиту от явных и скрытых угроз окружающего мира; рядом с ней наконец-то появился человек, с которым можно было поделиться своими мыслями, своими тревогами, планами. Он действительно ее понимал.
Словно желая подбодрить ее, Тони попросил:
— Расскажи мне, как все это получилось — с тобой, с твоей сестрой, с вашим рискованным предприятием…
Это был не приказ, а просьба, отказать в которой у нее не нашлось сил.
Что ж, пусть он узнает всю правду, а там будет видно…
Алисия улеглась поудобнее, но так, чтобы ему не надо было выпускать ее из своих объятий.
— Все это началось после того, как умер наш отец.
Она чистосердечно рассказала ему все, в том числе и историю своих отношений с мистером Кингом. Хотя Тони не проронил ни слова, она могла с уверенностью сказать, что он не одобряет всего этого; тем не менее он выслушал все до конца без каких-либо возражений.
