— Это верно, — кивнул Чарлз. — Если я не ошибаюсь, ни связи между нами и этими островами, ни связи между этими островами и Бретанью и Нормандией не прерывались во время войны?
— Конечно, нет!
— Они так удобно расположены, — пожал плечами Джек, — что было бы просто удивительно, если бы всевозможные «независимые капитаны» не облюбовали их в качестве своего убежища.
Тони повернулся к Джарвису:
— Ты получил подтверждение тому, о чем мы говорили?
— Ни у одного из моих осведомителей не было никаких сведений относительно конкретных кораблей: у них не было ни малейших шансов получить пресловутые «особые полномочия», а тот, кто раздавал эти полномочия, действовал, по всей видимости, очень скрытно.
Тони поморщился:
— Я, конечно, мог бы сам побродить и попытаться что-нибудь разузнать, но…
Джек отрицательно покачал головой:
— Нет-нет; помимо всего прочего, могут найтись люди, которые все еще помнят Антуана Бальзака, а эти воспоминания отнюдь не относятся к числу приятных.
— Пожалуй, вам следует знать еще кое-что. — Тони полез в карман и достал оттуда связку писем. — Это открытие делает меня куда менее склонным к проведению каких бы то ни было поисков за границей.
Он бросил пачку на стол, и все присутствующие с любопытством уставились на нее.
— Вчера какой-то неряшливого вида клерк в засаленном костюме заявился в дом к миссис Алисии Каррингтон на Уэйвертон-стрит, когда она с сестрой гуляла в парке. Этот человек настаивал на том, чтобы дождаться ее возвращения, и его проводили в гостиную, но когда миссис Каррингтон вернулась домой, клерка уже и след простыл.
Позже, обыскивая гостиную, я нашел эти письма — они были спрятаны в шкафу за книгами…
Все молча посмотрели на Тони, а затем потянулись к столу. По мере того как они читали эти письма, обмениваясь ими друг с другом через стол, лица их становились все более бесстрастными. Наконец все пять писем были положены обратно на стол, и Кристиан, повернувшись к Тони, спросил:
— Любопытно, а почему миссис Алисия Каррингтон не может оказаться этим самым А.
К.?
Тони этот вопрос нисколько не смутил: ему было ясно, что Кристиан взял на себя роль адвоката дьявола.
— Она вышла замуж два года назад, а до этого времени ее звали Алисия Пивенси. Значит, все эти пять писем писались в тот период, когда она все еще была А. П.
Кристиан понимающе кивнул.
— А ее муж — как его звали?
— Альфред.
