— Она дала ему секунду на размышление, но так как Тони ничего не возразил, тут же продолжила, тыча ему пальцем в грудь: — А что касается словесного признания, то, поскольку я считала, что являюсь твоей любовницей, такое признание казалось мне совершенно неуместным.
По блеску в глазах она поняла, что это ее заявление не ускользнуло от внимания виконта. Тогда она высоко подняла голову, полная решимости окончательно прояснить возник шее между ними недоразумение.
— Признание в любви — это, конечно, хорошо; однако многие мужчины, несомненно, думают, что любят своих любовниц, и говорят им об этом… так откуда же мне было знать, что именно означали твои слова?
Некоторое время Тони молча смотрел на нее, потом махнул рукой, словно отметая ее слова.
— Скажи мне, наконец — ты любишь меня?
Сердце Алисии дрогнуло. Она на секунду закрыла глаза, а когда открыла, то внимательно посмотрела на него. Вокруг было темно, и струй дождя беспрерывно хлестали по их лицам, но они не сводили глаз друг с друга.
— В моем представлении, — сказала Алисия дрожащим голосом, — когда мужчина и женщина любят друг друга, они обычно женятся; в вашем же кругу это совсем не обязательно. Ты признался в одном, но ничего не сказал о другом. На мое отношение к тебе это нисколько не повлияло, но важность этого вопроса невозможно игнорировать в любом случае. Тебе прекрасно известно, что мое воспитание не позволяет мне проявлять излишнее любопытство к такого рода вещам…
Тони пристально смотрел на нее еще некоторое время, потом обхватил ее лицо ладонями и горячо зашептал:
— Я люблю тебя! Мне не нужна никакая другая женщина — ни надень, ни на час: мне нужна только ты.
Я хочу всегда быть с тобой. Будь моей женой. Живи со мной в моем доме, как ты давно уже живешь в моем сердце. Пожалуйста… Ты согласна выйти за меня замуж? — Не дожидаясь ответа, он прикоснулся губами к ее губам.
Затем последовал еще один нежный поцелуй.
Алисия закрыла глаза и, с трудом ворочая языком, спросила: Скажи мне: ты хочешь, чтобы я стала матерью твоих детей?
Тони отстранился и с удивлением посмотрел на нее, но так как она больше ничего не сказала, он твердо ответил:
— Да, это само собой разумеется.
— Хорошо, — вздохнула Алисия.
