Насколько эта опасность реальна, она точно знать не могла, но виконт Торрингтон был аристократом до мозга костей — высокомерным, с явным налетом жестокости, скрываемой за обаятельной внешностью. И еще он был… она старалась подобрать правильное слово, чтобы описать, с каким чувством он смотрел на нее, ласкал ее, целовал… Да, именно так: он был властным!
Властный.
Если она полностью доверится такому человеку, согласится ли он ее потом отпустить? Алисия не была настолько глупой, чтобы упустить из виду этот важнейший момент: ведь если бы она стала его любовницей и открыла ему свой секрет, он оказался бы по отношению к ней практически в таком же положении, в каком когда-то был Раскин, то есть смог бы диктовать ей свои условия.
Она тщательно обдумывала возможность такого варианта развития событий, однако, как ни старалась, не могла признать его правдоподобным. Адриана упоминала о том мнении, которое сложилось о Торрингтоне у Джеффри, и оно полностью согласовывалось с ее собственной оценкой: такой джентльмен никогда не станет удерживать женщину против ее воли, поскольку является человеком чести.
И если бы она, в самом деле, стала его любовницей, то, в конце концов, сколько бы времени это ни длилось, он ее все равно отпустил бы.
Таким образом, все эти рассуждения вновь вернули ее к началу — то есть к вопросу о том, как ей быть; к ответу же она не приблизилась ни на йоту. А раз не было возможности принять решение, значит, следовало его отложить, то есть постараться удержать виконта от кульминации, к которой он явно стремится.
Если бы ей удалось пройти по самому краю и избежать падения, то как только Адриана будет устроена, а вдова исчезнет… Впрочем, все это были только предположения, а пока, похоже, разработанный ими дерзкий, но слишком прямолинейный план столкнулся с серьезными осложнениями.
Экипаж дернулся и со скрипом свернул на Уэйвертон-стрит, и это оторвало Алисию от ее размышлений. Адриана также почувствовала толчок, открыла глаза и потянулась.
Когда карета остановилась, Алисия взяла в руки шаль, сумочку и с помощью лакея выбралась наружу.
Поднимаясь по лестнице к двери дома, она твердо решила хотя бы на время избавить себя от всех этих проблем.
На следующее утро Тони пешком отправился в клуб «Бастион». Физическая нагрузка нужна была ему, чтобы подавить чувство неудовлетворенности, которое прежде посещало его довольно редко. Все дело было, в том, что никогда еще ни одну женщину он не желал так сильно.
