Честь горца

– Тебе повезло, что никто не отобрал его у тебя, – сказал он, выпуская из рук вещицу. – Он ведь стоит больших денег.

– Наверное, никто просто не заметил его, слава Богу! Я прятала его под одеждой с тех самых пор, как ты сказал, что мальчишка не будет носить такую очаровательную безделушку. А те, кто видел его – Вашель и этот Ансель, – не придали ему значения. Он все еще приносит мне удачу.

– Это верно. Мне не хотелось бы сомневаться в твоей правдивости, но кое-что приводит меня в недоумение.

– Что именно?

– Ты сказала, что Вашель не изнасиловал тебя, а только трогал.

– Это правда.

– Тогда почему ты отмывалась так старательно, что была готова содрать с себя кожу? Мне это непонятно.

Жизель горько улыбнулась и не стала сопротивляться, когда он осторожно уложил ее на постель. Ей было уютно чувствовать себя под защитой его тела, когда он лег на нее сверху. А еще это возбуждало. Ей стало легко и радостно. Меньше всего хотелось, чтобы ее глупость и злая заносчивость Вашеля смогли разрушить то, что она испытывала к Найджелу.

То, как она поступила, было самым настоящим малодушием, решила Жизель. Ей хотелось бежать от своего чувства к Найджелу. Бежать изо всех сил и как можно дальше. Вдобавок это было еще и глупо. Ведь убежать не удалось бы. Ее любовь к Найджелу всегда оставалась бы с ней. Она только лишила бы себя возможности видеть его, дотрагиваться до него, наслаждаться тем, как он касается ее кожи.

"Она встретилась с ним взглядом и вздохнула. Он терпеливо ждал, что она ответит. Найджел мог быть настойчивым и упрямым. Жизель подозревала, что он будет спокойно дожидаться ответа до тех пор, пока она не сдастся.

– Да мне и самой не очень-то понятно, – наконец ответила она. – Вашель похож на моего мужа. Похож настолько, что я даже испугалась, что увидела привидение.

Найджел сдвинул брови. Новость заставила его насторожиться. Хотя он видел Вашеля мельком и сквозь туман ярости, но все равно отметил, как тот красив. Мысленно выругав себя, он отбросил ревность в сторону. Все Дево могли быть писаными красавцами, но это – снаружи. Внутри они были самыми отъявленными мерзавцами, которые принесли Жизели только боль и унижения. Никто не знал этого лучше, чем сама Жизель.