Ее нравоучения прервала Нино, внесшая в комнату поднос, заставленный всякой снедью. Усадив мужа за стол, она ловко расставила тарелки и, повернувшись к Радмиле, спросила:
– А тебе, бабушка, принести чего?
– Благодарствую, милая. Чаю ежели только, – тепло улыбнулась в ответ бабка.
Кивнув, Нино снова унеслась на кухню. Елисей от такого зрелища чуть куском не подавился.
– Правильно ее мать покойница воспитывала, – одобрительно усмехнулась бабка вслед Нино. – И себя блюдет, и мужа почитает, и в хозяйстве понимание имеет.
А что дурная иной раз бывает, так молодая еще. Кровь играет. Перебесится.
– Это ты про что? – насторожился парень, окончательно теряя аппетит. Подобные разговоры обычно бывали весьма непростыми.
– А то я не знаю, что она тебя к каждой юбке ревнует, – тихо рассмеялась Радмила. – Любит она тебя, вот и бесится. Не понимает еще, что от доброй жены только глупый муж загуляет. А тебя глупым никак назвать нельзя. Ты только не пришиби ее сдуру.
– Господь с тобой, бабушка, – поспешил откреститься Елисей.
– И пальцем никогда не трогал.
– А то я норов твой бешеный не знаю, – фыркнула бабка. – Взбеленишься, махнешь раз лапой своей, и все.
– Вот потому и зарекаюсь, что лапы свои знаю, – закивал парень. – Я ж сам того не желая, руку по привычке кладу так, чтобы сразу убить.
– Знаю. Святослав, царствие ему небесное, таким же был, – грустно улыбнулась бабка.
Нино принесла ей чашку чая и сахарницу, тем самым прервав их беседу. Присев рядом с бабкой, девушка принялась увлеченно наблюдать, как парень поглощает принесенную снедь.
Посмотрев на нее, Радмила только понимающе усмехнулась и, тихо вздохнув, проворчала:
– Вот то и есть, девонька, бабье счастье.
– Это в чем? – не понял Елисей.
– Смотреть, как любимый муж тобой приготовленное ест, и знать, что так он только твою стряпню есть станет.
«М-да, без стакана, эту домостроевскую философию хрен поймешь», – проворчал про себя парень, быстро доедая все поданное.
Подметя тарелки, он поблагодарил жену и отправился к себе, одеваться.
Как ни крути, а если комендант посыльного присылал, значит, встретиться действительно надо. Надев все чистое, Елисей привычно затянул на талии пояс с оружием и вышел из дому. Через пятнадцать минут он, привычно постучав, вошел в кабинет коменданта и, поздоровавшись, спросил:
– Случилось чего, Алексей Захарович?
– А ты не торопился, – укорил его комендант.
– Так в бане был, – развел Елисей руками. – Сами знаете, как оно с дороги в баньке попариться.
