Четверо за спиной

- Грозиться много кто может…

- Либо ты мне вызнаешь про всех, кто мог и хотел это сделать, либо я весь твой двор в пыточную загоню. Хочешь? – тихо и страшно цедит взбешенный князь.

- Тише, сыне. Не ярись. Все сделаю.

- И никому ни слова. Для всех Яра уехала с моим поручением, понятно? А сейчас – вернись на пир, кто-то из нас там должен быть. Иначе народ обидится.

Мы втроем возвращаемся в опочивальню. Мара пытается напоить Яру отварами, но жидкость выливается изо рта и стекает по восковому лицу.

Кажется мне или она еще бледнее стала? Травница с Драгомиром тихо переговариваются, слов не разобрать. Старуха в чем-то пытается его убедить, но он отрицательно качает головой. И, кажется, начинают спорить, хотя перечить Ведающему мало кто может. Ох, не проста эта травница! И как появилась так споро? Нешто Драгомир ее как-то вызвать мог? Баяли, что верховные промеж собой на расстоянии говорить могут, выходит и эта одна из них.

- Может в баню ее? – предлагаю я, - выпарить отраву?

- Нельзя, - строго обрывает меня травница, - итак еле дышит.

Сердце не выдержит.

- А что можно? – не могу сидеть на месте, помочь ей должен! Сердце где-то в горле бьется от страха за Яру. Страха потерять ее навеки.

- Вот у него спроси, - кивает она на волхва.

- Я не могу, - шепчет побелевшими губами Драгомир.

-Значит - она умрет, - пожимает плечами травница.

И словно в подтверждение ее слов по телу Ярославы проходит судорога и она глухо, надрывно стонет.

Мы невольно бросаемся к постели. Яра запрокидывает голову под немыслимым углом, открывая беззащитную шею, тело выгибает дугой."

"- До утра не доживет, - подливает масла в огонь старуха.

- Драгомир! – мы бросаемся на волхва едва не с кулаками.

- Я не могу! Как вы не понимаете? Не могу! Она почти согласилась... Я же ее потеряю… – вырывается у него.

- Вы все ее потеряете, - ухмыляется травница, - она просто уйдет. А за ней и наш мир.

- Ты дашь ей умереть? Посмотри, как ей больно, Драг! Или скажи, что сделать – я за тебя сделаю! – прищуривает злые синие глаза князь.

- Вы не сможете. Никто не сможет, - шепчет он с болью в глазах.

Волхв нервно сглатывает, не сводя глаз с тяжело дышащей девушки. В его глазах стоит такое отчаяние, что мне невольно отшатнуться хочется. Видимо боли становятся невыносимыми, потому что Яра кричит, срывая голос. Тот голос, что так чаровал всех на пиру.