Четвертое крыло

Ни один дракон не выбрал бы Риорсона или любого из сепаратистов, если бы они желали вреда Наварре.

— Но разве дракон может понять, что ты лжешь? — я повернула голову, чтобы видеть лицо Даина.

— Да, — он ухмыльнулся. — Кэт знал бы, потому что он в моей голове. Невозможно скрыть что-то подобное от своего дракона.

— Он всегда у тебя в голове?

Я знала, что это против правил: почти все, что касается уз, запрещено обсуждать, учитывая, насколько скрытными являются драконы, но это же Даин.

— Да, — ответил он, и его улыбка стала мягче.

Его лицо словно окаменело.

— В чем дело? — Я села, положив одну из подушек себе на грудь и прислонившись спиной к изголовью.

— Сегодня вечером я разговаривал с полковником Маркемом. — Он отошел от кровати, отодвинул стул от стола и сел, затем положил голову на руки.

— Что-то случилось? — Страх пробежал по моему позвоночнику. — Что-то с крылом Миры?

— Нет! — Даин вскинул голову, и в его глазах было столько страдания, что я едва не подскочила с кровати.

Я моргнула, падая обратно на кровать.

— О. Ну это же не новость? Каждый, кто читал историю восстания, может сложить два и два, Даин.

— Да, но я рассказал ему о Барлоу, и о Сейферте тоже. — Он провел рукой по волосам. — Не думай, что я не заметил, как Сейферт толкнул тебя в стену перед построением сегодня утром.

Даин приподнял бровь, будто ожидая подтверждения своим словам.

— Он просто злится, что я отняла у него кинжал на том первом вызове, — я сжала подушку покрепче.

— А Рианнон сказала мне, что на прошлой неделе ты нашла на своей кровати раздавленные стебли, — он пристально смотрел на меня.

Я пожала плечами:

— Это были просто мертвые цветы."

"— Это были изуродованные фиалки.

Он сжал рот, и тогда я встала, подошла к нему и положила ладони ему на голову.

— В них не было записки с угрозами, — поддразнила я, поглаживая его мягкие каштановые волосы.

Даин поднял на меня глаза, которые в свете магических огней казались ярче, контрастируя с его аккуратной бородкой.

— Это и есть угроза.

Я пожала плечами:

— Каждому кадету угрожают.

— Но не каждому кадету нужно каждый день обматывать колени, — ответил он.

— Травмированные — нужно, — я нахмурила брови, чувствуя раздражение, которое постепенно зарождалось где-то в груди.