Четвертый рубин

Он не остановился, даже когда мать выглянула из кухни и предложила перекусить:

– Холодный ростбиф со свёклой будешь?

– Свёкла? Да ну, ты что! – поморщился он на ходу. Мэри Баклз жила в Америке с самого его рождения, скрываясь от министерства, однако, вернувшись в Цитадель, всего за год вновь стала истинной британкой. – Я не голодный.

– Тебе надо поесть, Джек! Посмотри на себя – кожа да кости…

– Всё нормально! – Он бегом поднялся по лестнице, сделав вид, будто не расслышал брошенного вдогонку вопроса об Охоте, скользнул в спальню отца и закрыл за собой дверь.

На ночном столике мерцала свеча. Мать всегда держала её здесь, верхний свет не зажигала, чему Джек был только рад: так меньше отвлекает. Он присел возле кровати с балдахином и взял отца за руку, от которой отходили тонкие трубки. Трубка потолще шла из носа, другие тянулись из-под одеяла, а самая толстая – из горла. Джек невольно подумал, каково будет отцу, если тот проснётся, и тут же выругал себя: не если, а когда.

Он взглянул на Зет в своей ладони. Год назад на верхушке Биг-Бена Джек нашёл своего отца, Джона Баклза-двенадцатого, которого похитил маньяк-поджигатель, одурманенным и без сознания, но, когда вложил ему в руку алый с золотом каменный шар, найденный в секретном кабинете, сумел с ним поговорить. Позже, однако, Гвен объяснила, что отец тогда вовсе не очнулся, это была просто разновидность глюка, а Зет послужил своего рода связующим мостом для их сознаний.

С тех пор такой контакт не повторился больше ни разу. Джек пробовал снова и снова, вкладывал шар отцу в руку каждый вечер, пытаясь хоть что-то уловить в глубине камня своим чутьём искателя, но видел одну лишь темноту. От напряжения не раз шла носом кровь, он уже привык.

Каждый вечер, держа в одной руке камень и сжимая другой обмякшие пальцы отца, Джек молился о его выздоровлении, но пока молитвы оставались безответными. И каждый вечер проскальзывала мысль, за которую он себя презирал, что это в каком-то смысле даже к лучшему.

Министерство поиска установило строгие правила относительно четырёх искательских династий. Строже всех остальных правил, хотя и прочие мягкостью не отличались. Тринадцатое поколение никогда не должно было попасть в Цитадель и даже знать о самом её существовании. Джек нарушил это правило, к чему приложила руку Гвен, но преступлением был и сам факт его рождения, как и его сестры Сейди.