Четвертый рубин

Острая боль вспыхнула в мозгу ярко-красным сигналом тревоги, и что-то внутри внезапно откликнулось – не рефлекторным сокращением мышц, которыми по-прежнему управлял Таннер, а как-то иначе… по-искательски? Бессознательно, инстинктивно Джек вытягивал энергию из алого шара, сжатого в кармане левой рукой. Освежающая прохлада разливалась по телу, змеясь бурлящими ручейками силы. Джек зарычал, могучим усилием отводя от горла клинок. Самодовольная ухмылка Таннера дрогнула и растаяла, сменившись панической гримасой.

– Стоп! Но как… Я приказываю!

Перед глазами у Джека сгущался серый туман, звон в ушах нарастал, миллионы иголочек кололи кожу, проникая всё глубже, угрожая разъять плоть на молекулы и рассеять в пустоте.

Но в то же время власть над телом мало-помалу возвращалась. Тратить время на предупреждения Джек не стал. Развернул меч и нанёс удар, целясь маньяку в грудь.

– Нет! – успел выкрикнуть Таннер с искажённым лицом, впечатывая последний рубин на место.

Словно притянутый мощным магнитом, клинок ударил точно в середину треугольника, в центральный камень.

Усыпальницу залил слепящий свет.

Открыв глаза, Джек увидел, что стоит один на красном лакированном полу. Ряды золотых колонн по сторонам терялись в розоватом тумане, а над головой, в вышине, раскинулся бескрайний алый купол, под которым зависла в воздухе, словно голограмма, золотая решётчатая вязь. Меч так и остался в вытянутой руке. Звон в ушах продолжался, как и уколы бесчисленных иголок, будто раздиравших тело на части. Зато хотя бы перестала кровоточить шея.

Джек опустил меч и поглядел на него. Если это глюк, то снова необычный, не из положения неподвижного наблюдателя. Но как удалось сохранить при себе меч и Зет? Хорошо это или плохо?

– Где я? – спросил он. Громко, чтобы рассеять мёртвую тишину.

– Думаю, ты и сам уже догадываешься, – улыбнулся мужчина в шляпе-котелке и плаще из красновато-коричневой замши, внезапно возникший из тумана. В руке он держал трость с набалдашником в виде головы сокола и светящимся индикатором.

Джек изумлённо застыл, потом с разбега бросился мужчине на грудь, едва не сбив с ног.

– Тише, тише… – Сильные руки отца крепко обняли его, совсем как прежде.

Как давно он не ощущал запаха этой замши и силы этих рук! Хотелось замереть в их объятиях и забыть обо всех невзгодах, но что-то подсказывало: очень скоро придётся расстаться.

– Как тебе удалось? – спросил Джек, отстраняясь.

Сдвинув котелок, Джон Баклз-двенадцатый почесал в затылке, глядя на алый купол.