Четвертый рубин

– Старушке пришлось гнать последний корабль аж из Санкт-Петербурга.

– Кому пришлось? – опасливо переспросила Гвен.

Не дожидаясь ответа, Джек помчался вслед за голубем. На бегу выхватил меч и сунул его поджидавшему Шоу:

– Извини, забыл отдать в библиотеке.

– Эй, а рубинчики как же? – проворчал вдогонку охранник.

Кулачок Гвен глухо стукнул в твидовое пальто.

Сейди с закрытыми глазами лежала на передвижной койке в кабине гондолы. К рукам тянулись трубки для переливания крови, рядом тонко пищал монитор, отслеживая учащённый сердечный ритм девочки.

Врач стоял в ожидании со шприцем, с ним миссис Хадсон, а Мэри Баклз сидела, держа дочь за побелевшую руку. Обернувшись к Джеку, мать улыбнулась сквозь слёзы:

– Меня выпустили ненадолго из Цитадели, – объяснила она.

Вложив синюю склянку в протянутую руку доктора, Джек присел рядом с матерью и обнял её.

– Отец был со мной, – шепнул он, – мы победили вместе.

– Конечно, как же иначе, – кивнула Мэри Баклз.

Джек нетерпеливо следил, как врач медленно и методично набрал сыворотку в шприц и впрыснул в бутылочку для внутривенного вливания.

В растворе завихрились синие струйки.

– Теперь остаётся только ждать, – вздохнул он, вытаскивая иглу, – и молиться.

«Господи, помоги! Ну пожалуйста!» – повторял про себя Джек.

Прошла, казалось, целая вечность. Писк монитора постепенно замедлился. Ещё одну вечность спустя Сейди открыла глаза.

– Джек? – прошептала она чуть слышно.

Он рассмеялся, вытирая слёзы рукавом с чёрными следами от горящих пальцев Таннера.

– Знаю, Сейди… Его больше нет.

Диск-разведчик неслышно пронёсся сквозь вечный туман на дне арены и, описав круг, устремился к Джеку, который притаился на верхушке башенки этажом выше. На этот раз оценить направление полёта не составило труда. Бросок у каптенармуса получился идеальным, и Джек так же ловко поймал диск в воздухе.

Глюк начался, едва пальцы сомкнулись на гладком тонком металле. С усилием подавив вращение перед глазами, Джек всмотрелся в картину, запечатлённую особым бронзовым сплавом.

Нижний этаж арены представлял собой единственную улицу с несколькими витринами и входом в станцию подземки. Невидимый сверху, на деревянной скамье под навесом развалился громила охранник, присматривая за спрятанным артефактом. Туман, собравшийся на тротуарах толстым пуховым одеялом и сиявший призрачными оранжевыми сферами вокруг уличных фонарей, слегка отступал от витрин. «Значит, цель внутри», – подумал Джек.